Криптум

Как только я сниму нательную броню, он останется без питания, а сам я окажусь почти голым.

Не без труда мне удалось убедить себя, что это только сделает наше приключение интереснее.

Из тростника, затыкавшего дыры в бортах, маленький флорианец сплел мне пару сандалий.

Я был самым безнадежным из детей моего отца. Ничего особенного в этом не было, многообещающие манипуляры часто с детства демонстрируют непокорность: клеймо на куске руды, из которой выковывается настоящая каста.

Однако мне удалось исчерпать даже терпение отца, казавшееся бесконечным.

Я отказывался учиться и следовать пути настоящего Предтечи: интенсивная подготовка, награды за достижения, мутация до следующей формы и, наконец, соединение с моей нарождающейся триадой… И дальше, до высот настоящей зрелости.

Ничто из этого меня не привлекало. Гораздо больше интересовали приключения и сокровища прошлого. Былая слава казалась куда ярче тусклого настоящего.

Наконец, когда мне исполнилось шесть, разочарованный моим упрямством отец продал меня семье из другой части Галактики, невообразимо далеко от туманности Ориона, где обитала моя родня.

Прошло три года с тех пор, как система из восьми планет, вращающихся вокруг желтого карлика, – а в особенности четвертая из них, сухая красноватая пустыня под названием Эдом, – стала моим домом. Можете называть это ссылкой, но я предпочитаю слово «побег». Я знаю, что мой путь только начинается и судьба обязательно приведет меня и в другие места.

Когда я прибыл на Эдом, мой обменный отец, следуя традиции, оснастил мою нательную броню одной из своих собственных анцилл, чтобы та поведала мне о традициях новой семьи.

Поначалу я думал, что ее задача – промыть мне мозги, а сама она станет еще одними кандалами, сковывающими мою свободу.

К моему удивлению, она оказалась совершенно не похожа ни на одну из анцилл, с которыми я имел дело раньше. Да, в ходе ежедневных рутинных тренировок она контролировала меня, в зародыше подавляя любые попытки бунта. Но помимо этого, знакомила с новой планетой и новой семьей, демонстрируя неопровержимую логику.

– Ты строитель, оказавшийся среди шахтеров, – сказала она.

 – Статус шахтеров ниже, но они разумны, горды и сильны. Им открыты многие тайны земли. Уважай их, и они ответят взаимностью, научат всему, что знают, и вернут тебя в семью дисциплинированным и обученным манипуляром.

В те два года, что анцилла руководила моим перевоспитанием, она во многом скрашивала бессмысленность моего существования, а главное, научилась видеть в моих вопросах систему, так что порой ее ответы ставили меня в тупик.