Но теперь купцы были готовы к царскому приему.
Глава 3"
"Шла вторая неделя пребывания купцов в столице. Первые дни в Москве пролетели для Митьки незаметно, он много гулял по городу, любовался достопримечательностями — на посиделки-то рыбачков все равно не звали. Правда, по настоянию купцов Ивановского сто, а именно Семёна, рыбачков не выпускали и за пределы Китай-города. Здесь гуляй сколько тебе вздумается, хоть обгуляйся, а вот дальше ни-ни. Мотивировалось это безопасностью — «дабы не заплутали и на тятьбу не нарвались». Митька понимал, что спорить бесполезно, поэтому он за это время хорошо изучил со стороны все Китайгородские укрепления изнутри и посетил все местные храмы.
Впрочем, примерно этак на шестой день прогулки по Китай-городу приелись. Не было никакого желания снова глазеть на не раз виденное. Потому Митька впервые остался дома и там поймал себя на том, что подчас выглядывает на ворота двора — не идет ли царский посыльный с приглашением в Кремль. Все более напряженными становились разговоры с рыбачками. Не было определенности в их делах, а хотелось бы.
Ходили хмурыми купцы, как налившиеся грозовые тучи. По их лицам Митька понимал, что они переживают с каждым днем все сильнее, как и рыбак, то и дело поглядывая во двор. Было отчего — Государь Иоанн Васильевич затягивал с приглашением, а учитывая, что первого англичанина Ричарда Ченслора приняли сразу… Купцы Ивановского сто по приезду в Москву рассчитывали на скорый прием через день-другой, а тут уже и неделя минула, и вторая подходит к концу. И главное, что никаких новостей со стороны Кремля. Если бы сказали, сколько конкретно ждать или что не до приема Царю сейчас, то и спокойней бы на душе было, но и этого не происходило.
Сам Митька несколько раз ловил себя на мысли, что тоже ждет встречи в Кремле с нетерпением. Томительное ожидание выматывало не хуже любой физической нагрузки. Да лучше бы он сейчас бочки с рыбой грузил, вот правда.
Почему рыбачок так ждал встречи в Кремле? Когда Митька задавался этим вопросом, то отвечал себе так: отступать теперь было некуда, а вот куш, который можно сорвать, воодушевлял. Стоит ли говорить, что далеко не все рыбачки разделяли его взгляды и оптимизм, кое-кто вовсе порывался бежать из столицы, сверкая пятками. Но Митька каждый раз находил нужные слова, приводил доводы и успокаивал паникеров.
Да и, по правде сказать, если раньше он был в меньшинстве, то теперь совершенно неожиданно получил поддержку одного из близнецов — Стеньки, который вслух рассудил, что, кроме головы, ему нечего терять, а оная не велика потеря. А вот за свою долю он и дом выстроит, и людей наймет, а главное, из кабаков не будет вылезать сколько душе угодно.
