На пороге стояла Анна с огромной корзиной цветов и сияющей улыбкой:
– Пора вставать, соня! Невеста не должна опаздывать на собственную свадьбу!
За ней вошли ещё несколько девушек – дочери Освальда, несколько работниц из ателье Анны, Мирта – все с цветами, свёртками, корзинками, наполненными всевозможными принадлежностями для подготовки невесты к торжеству.
Следующие несколько часов пролетели как в тумане. Купание в бадье с водой, настоянной на цветочных лепестках и травах, долгое расчёсывание волос, которые затем искусно уложили в сложную причёску, украшенную жемчужными шпильками, примерка платья, которое на последних порах ещё немного доработали, сделав его ещё более изысканным.
Эмма все эти приготовления наблюдала со стороны, иногда смахивая слезу умиления: – Харлон был бы так счастлив, – приговаривала она, вспоминая отца Лессы. – Он всегда мечтал увидеть свою девочку счастливой.
Я лишь молча кивала, не решаясь признаться, что едва помню лицо Харлона – память настоящей Лессы о нём была для меня как размытая фотография, затуманенная годами и эмоциями. Но я была уверена, что это был хороший человек, любивший свою дочь и оставивший ей наследство, которое, пусть и через испытания, привело её – меня – к счастью.
К полудню приготовления были закончены. Я стояла перед зеркалом, едва узнавая своё отражение. Стройная молодая женщина в платье цвета слоновой кости, с волосами, собранными в сложную причёску и украшенными цветами и жемчугом, с лёгким румянцем на щеках и искрящимися глазами, в которых читалось волнение и ожидание чуда.
– Ты прекрасна, – выдохнула Анна, становясь рядом. – Мой брат – самый счастливый человек в королевстве сегодня.
В дверь снова постучали. На этот раз это был Гидеон – в строгом костюме, непривычно причёсанный и явно чувствующий себя неловко в такой одежде.
– Пришёл экипаж, – сообщил он, старательно отводя взгляд, словно боясь, что увидеть невесту до церемонии – дурная примета. – И, кажется, половина города уже собралась у маяка.
– Половина? – засмеялась Анна. – Скорее, весь город и окрестные деревни в придачу. Такой свадьбы в Мареле не было со времён… да никогда не было такой свадьбы!
По дороге к маяку наш экипаж, украшенный цветами и лентами, встречали радостными возгласами. Люди выходили из домов, махали, бросали цветы под колёса, выкрикивали поздравления и добрые пожелания. Многие присоединялись к процессии, которая с каждым кварталом становилась всё длиннее и наряднее.
Подъехав к месту церемонии, я даже задохнулась от открывшегося вида. Старый маяк, возвышавшийся на небольшом мысу, был полностью украшен цветами и разноцветными лентами. От него к морю спускался помост, заканчивающийся небольшой площадкой, где и должна была пройти сама церемония.
