Устав от переживаний, она почти мгновенно уснула, но ночью вдруг проснулась от чувства гнетущей тревоги и долго ворочалась в кровати.

Девушка попыталась списать это состояние на нервы и боязнь встречи с мужем, но чувствовалось и что-то еще. Она буквально физически ощущала какую-то опасность. Дело было даже не в завывающем за окном ветре или почти полной голубой луне, висевшей прямо над черными ветками деревьев. Опасность исходила изнутри, отравляя душу и заставляя дрожать всем телом.

Готовая в любой момент вскочить и поехать обратно, девушка с трудом дождалась рассвета. Розовато-серое небо с белесыми облаками и темно-фиолетовой полосой туч на горизонте лишь обострило страхи.

Быстро поднявшись, она поспешила найти директрису. Мадам Хелена завтракала в столовой вместе со своими воспитанницами. Девочки и девушки в одинаковых темных платьях сидели за длинным столом. Несколько женщин, судя по всему, преподаватели, пили чай рядом.

— Ваша светлость, доброе утро!

Хелена выжидающе посмотрела на девушек. Те послушно встали, хором приветствуя знатную гостью. Эмбер кивнула, даже не заметив вопрошающего взгляда своей сестры, и повернулась к директрисе.

— Я бы хотела поговорить с вами наедине.

— Конечно. — Та отложила льняную салфетку и кивнула воспитанницам. — Девочки, продолжайте!

Они вышли в коридор, и Эмбер просто накинулась на свою спутницу:

— Послушайте, мне необходимо уехать! Скажите, когда здесь проезжает ближайшая почтовая карета?

Хелена нахмурилась:

— Уехать? Куда?

— Обратно в столицу. Это трудно объяснить, и вы, скорее всего, сочтете, что я сошла с ума, но… — Девушка замолчала.

Директриса кивнула:

— Продолжайте.

— Я… там что-то случилось. Что-то страшное! И мне обязательно надо вернуться как можно скорее!

Хелена встревоженно посмотрела на нее:

— Вы уверены?

— Ах, я не знаю! — Эмбер всплеснула руками. — Просто… Я чувствую, что мне срочно надо ехать!

— Понимаю, что вы хотите сказать. — Хелена задумалась. — Я распоряжусь запрячь мой собственный экипаж. Надеюсь, это не займет много времени.

Глава 16

Герцог Амстел с трудом открыл глаза. Голова болела, во рту пересохло, тело сотрясала странная дрожь. Сердце, напротив, бешено колотилось, будто стремилось выпрыгнуть из груди. Каждый вздох давался с трудом.

Он попытался пошевелиться, но с удивлением обнаружил, что закован в цепи. Дорожный костюм, который он так и не удосужился сменить, смялся и был весь в грязи.

Нахмурившись, герцог попытался вспомнить, как оказался здесь, но бесполезно. Последнее, что он помнил — это гостиничный номер Оливии и саму хозяйку, сидевшую в полумраке, спиной к окну. Так, чтобы он не видел ее морщин.

Фернанд требовал, чтобы она не смела приближаться к Эмбер и, кажется, говорил какие-то колкости.