Дай мне уйти, уехать. Не держи меня, Мирон. Ты найдешь себе новую игрушку и забудешь меня.
— Ты не игрушка.
— Уже нет? — невесело усмехаюсь, качая головой.
— Давно уже нет. Да и никогда ей не была.
Звучит как признание. Мне мало.
Не верю.
— Я пойду.
— Ты можешь оставаться здесь сколько захочешь, — догоняют меня слова Мирона. — Я съеду.
Он следует за мной в прихожую и, привалившись плечом к стене, наблюдает за моими попытками запихать ноутбук в сумку. Я быстро сдаюсь, оставляя торчать уголок компьютера.
— Спасибо, — бубню, накидывая на плечи куртку. — Я могу пожить у Кати, она предлагала. Это твоя квартира…
— Нет, — обрубает Гейден. — Останься здесь, НеАнгел. Мне так будет спокойнее.
Киваю, не в силах спорить.
Слезы опять жгут глаза. Нужно уйти быстрее. Иначе опять позорно разрыдаюсь. Не хочу больше демонстрировать ему свою слабость.
Мирон еще что-то говорит, но я не слышу. Рывком открываю дверь и чуть ли не кубарем сбегаю вниз по лестнице, игнорируя лифт.
Перевожу дыхание только на первом этаже. Вытираю рукавом щеки и выхожу на улицу. Я забыла шапку и накидываю на голову капюшон, удачно скрывая от прохожих заплаканное лицо. Когда выхожу из подъезда, мне кажется, за мной кто-то наблюдает. Украдкой смотрю по сторонам, но никого в итоге не вижу, только затылок все равно не переставая жжет.
В универе я стараюсь провести день по максимуму продуктивно и загруженно. В моей зачетке теперь стоят почти все требующиеся для перевода экзамены и зачеты. Один преподаватель сегодня работает во вторую смену, и я решаю его дождаться, предварительно уточнив расписание на нужной кафедре.
В душе зияет огромная дыра. Я чувствую себя одинокой, разбитой и никак не могу совладать с эмоциями, которые качают меня на качелях, проворачивая солнышко. Сердце замирает несколько раз за день без причины.
Я ничего не ем, просто вливаю в себя литрами кофе из автомата и постоянно гоняю из стороны в сторону рой мыслей. В большей части из них центральной фигурой стоит Мирон."
"Я его не понимаю. Люблю такого, какой он есть, и не понимаю. Что ему мешает отпустить себя? Поддаться чувствам и эмоциям. Неужели банальный страх? Он ведь что-то чувствует ко мне. Я знаю… Нельзя быть такой бесчувственной глыбой льда и при этом так смотреть, целовать, ласкать, совершать поступки, которые говорят громче слов. Но мне нужны слова. Под броню Мирона по другому не пробиться, не достать до самых глубин. А я хочу быть именно там. Глубоко-глубоко внутри него, как он пророс внутри меня.
А потом я думаю: смогла бы я отказаться ради Гейдена от Москвы? Своей мечты? И понимаю, что нет. Для меня очень важна учеба. Я столько раз ради нее рисковала, наступала на горло своим принципам и шла по головам, что просто обязана взять и выжать максимум из того, что дает мне университет.
