Поставив в зачетку заветную последнюю подпись, ощущаю лишь опустошение вместо ожидаемого удовлетворения. Словно меня пропустили через соковыжималку, как спелый апельсин.
Домой возвращаюсь через торговый центр, где покупаю чемодан и небольшую безделушку. Я все же решаю оставить Мирону прощальный подарок. Он стоит немного, даже я со своей скромной заначкой могу его себе позволить. У меня есть небольшая подушка безопасности, на которую я планирую жить в Москве первое время, хорошо, что от университета на семестр дадут общежитие. А потом, посмотрев по загрузке на учебе, попытаюсь найти работу.
Квартира встречает тишиной. У близнецов сегодня праздничная вечеринка, и Мирон явно теперь там. Возможно, уже трахается с другой или полирует ее гланды.
Воспоминания о наших поцелуях отдаются болезненным спазмом в груди. Как он меня целовал… в глазах темнело и себя забывала. И так с первого раза.
— Ненавижу! — Со злостью распахиваю чемодан.
Сваливаю в него ворох вещей, не стараясь. В итоге он не закрывается, и мне приходится вывалить все обратно на пол. Сесть по-турецки рядом с открытым чемоданом и складывать одежду без психов. Я почти ловлю дзен на этом занятии, когда вдруг в тишине квартиры раздается звонок моего телефона.
Ноги затекли, и я, чуть не упав, ковыляю в прихожую, туда, где оставила на тумбе мобильный.
Недоуменно смотрю на экран.
— Алло? — произношу неуверенно.
— Лина-а-а! — стараясь перекричать грохочущую музыку, надрывается младший Гейден.
— Да, Марик?
— Почему тебя нет на моем празднике жизни?
— Почему ты звонишь с номера Евы?
— Потому что на мой ты бы не ответила, — смеется и кому-то в сторону: — Кыш, малыш.
Кажется, он пьян. И я боюсь думать, где и в каком состоянии пребывает его брат. И главное — с кем. Это не должно меня волновать, но волнует, так что сосет под ложечкой.
— Дай Еву.
— Не-а. У меня день рождения, ты же в курсе? А это значит — день рождения и у Мира, а у моего брата такое лицо, словно он второй раз в жизни похоронил своего любимого кота.
— У вас был кот? — мои губы трогает легкая улыбка.
— Ага, полностью черный с огромными зелеными глазищами. Демон.
— Символично.
— Таки да. Короче, мы тебя ждем. Мы — это я и мой брат-дебил. Если он тебя обидел, прости его душу грешную во имя праздника и приезжай упакованная в минимум одежды, красотка, а то его кислая рожа портит все веселье.
— Марк, мы не вместе. Я не могу приехать.
— Бла-бла-бла! Я ничего не хочу слышать, Лина. Расстанетесь завтра, сегодня тебя здесь очень не хватает, — внезапно серьезно итожит Марк, на фоне даже музыка становится тише, а шепот его звучит все отчетливее: — Такси уже подъезжает. Мы тебя ждем.
Звонок прерывается.
Я смотрю на свое отражение в зеркале и заторможенно моргаю. А потом поддаюсь искушению и иду переодеваться.
