– Нижнюю челюсть па-адабрать! – ухмыляясь, подал ему Вася абсолютно неуставную команду, и мы вошли в небольшой вестибюль.
Солдаты волокли сейф на второй этаж, пыхтя и сыпля теми словечками, которым Линду в институте не учили, а судя по ее безмятежному лицу, она их в жизни не слышала – где бы ей выпал случай?
Домик был двухэтажный, небольшой, но уютный. Слово «комфорт» тогда было совершенно не в ходу и в книгах не попадалось, но теперь-то я смело могу сказать, что он был чертовски комфортабелен – сумел обустроиться беглый герр доктор. После осмотра выяснилось, что мне идеально подходят как кабинет доктора, так и его спальня. Кабинет оказался не особенно большой, но у меня никогда и не бывало многолюдных совещаний – должность такая. А комната экономки идеально подходила для Линды. Разве что нужно послать Васю раздобыть в кабинет штуки четыре стульев. Сам Вася с Кузьмичом, как обычно в похожих случаях, разместились в одной комнате, в библиотеке. Оставались свободными гостиная и еще две комнаты непонятного назначения, но так уж они привыкли.
Одним словом, через четверть часа все было в порядке – немногочисленный гарнизон расквартирован, а служебные обязанности начнутся завтра утром – всем, не только нам, сегодняшний день отведен на обустройство. Учитывая, что между нами и немцами не только неизвестное расстояние, но и укреплявшиеся в десяти километрах отсюда два стрелковых полка и изрядное количество танков к тому же, внезапной атаки опасаться не следовало. Была, конечно, возможность, что с противоположной стороны объявятся наобум отступающие немцы. В тех местах не установилась ярко выраженная линия фронта, и кое-где обстановка напоминала слоеное пирожное: наши – немцы – наши – немцы. Но все равно, наобум отступавшим пришлось бы миновать несколько других городков, так что меня успели бы вовремя предупредить.
Поэтому я со спокойной совестью надел фуражку и отправился по сугубо личным делам – потолковать по душам с Жиганом о некоторых странностях жизни, имевших место всего-то с час назад. На первом этаже разминулся со связистами, тянувшими ко мне в кабинет провод полевого телефона.
Городок уже кипел жизнью, но исключительно советской военной – катили грузовики и санитарные автобусы, проехал один из моих броневиков, трофейный немецкий «Лухс», связисты тянули провода, там-сям у намеченных заранее квартирьерами домов вылезали из кузовов бойцы, разгружали имущество и боеприпасы. Всезнающий Вася нарисовал мне на листке из блокнота, как пройти к отведенному разведчикам дому, и я практически не плутал, поглядывая на перекрестках на исполненные готическим шрифтом таблички с названиями улиц.
