― Свободны! ― бросил он и, отпив кофе, откинулся на спинку огромного кожаного кресла.
Остаток дня Геля вертелась волчком, подшивая документы и бегая по кабинетам, собирая подписи. А секретарь, пользуясь случаем, скинула на нее всю свою работу и ушла пораньше, ссылаясь на запись к доктору.
― Так, ладно, перекушу и возьмусь за эти бумаги, ― устало прошептала Геля, затем достала из ящика стола булку с маком, откусила, и в этот момент из кабинета резко вышел Кирилл Олегович.
― Где Мария Андреевна? ― уставился он на Гелю.
― Уехала к доктору, ― поправив очки, пролепетала она с набитым ртом и спрятала под стол булку.
― Черт! ― сжал он губы, и, немного подумав, ткнул в Гелю пальцем. ― Тогда ты собирайся. Поедешь со мной в Ярославль. Мне там понадобится помощник.
Глава 2. Ответственное задание
За двадцать шесть лет своей жизни Геля впервые ехала в таком роскошном авто бизнес-класса, с люком и с отделкой из светлой кожи. Как называлась марка авто она понятия не имела, потому что никогда в них не разбиралась. Значок на руле был похож на птицу с расправленными крыльями, и этот руль держали крепкие руки плечистого мужчины.
Геля, глядя в окно на облысевшие деревья, улыбнулась и прижала голову к стеклу.
Ей все еще не верилось, что она находилась в одной машине с самим Горячевым, да еще и в роли его личного помощника. Она, конечно, прекрасно понимала, что это вышло случайно. Ели бы его секретарь не улизнула пораньше, то именно она была бы сейчас на этом месте.
"«Раз мне выпал шанс проявить себя, то я должна вцепиться в него как белка саблезубая в свой орех и доказать Кириллу Олеговичу, что я достойна этой должности, ― решительно настроилась Геля. ― Нельзя провалиться! Просто нельзя! Если облажаюсь, то вместо приличной работы в Москве мне будет светить только лампочка Ильича в бабулиной Ногинской квартире».
Жизнь полна сюрпризов. Никогда не знаешь, что ждет тебя завтра. Геля поняла это еще ребенком, когда мать развелась с отцом ― это и был первый неожиданный сюрприз. Когда мать привела в дом любовника ― второй, когда родила ей сестру ― третий.
Она, видите ли, мешала родной матери и ее новой семье.
Тогда Геле было пятнадцать. Прошло одиннадцать лет, но детская обида до сих пор крепко сидела в ее сердце. Бабуля умерла, когда Геле стукнуло восемнадцать. Мать тогда быстро подсуетилась: прискакала к ней сразу после похорон и начала упрашивать поменяться квартирами.
