И на сегодня считалась в своем агентстве перспективной девушкой, дела которой шли в гору. Но ТОГДА моя карьера только начиналась. И агентство… обмануло меня. Точнее – не сказало всей правды. Получив контракт на свою первую по-настоящему крупную съемку для рекламы крутого автомобильного холдинга, я уже на месте узнала, что должна буду… сниматься обнаженной. А кадры планировались в довольно откровенных и даже развратных позах, где интимные места нужно было просто игриво прикрыть.

Как позже мне объяснил мой агент, они скрыли это от меня, потому что «это была перспективная работа, открывающая для меня множество дверей.

Ведь после такой крупной съемки, на которую из всех девушек отобрали именно меня, я стану намного более востребованной моделью! Поэтому мне решили не сообщать таких деталей, чтоб я сдуру не зарезала себе карьеру на корню».

Тогда у меня едва не случилась истерика просто на съемках. Я не хотела сниматься В ТАКОМ! Не хотела демонстрировать свое обнаженное тело на публику, тем более в настолько развратной рекламе. Понимая, что эта реклама с моим лицом будет везде – в журналах, на выставках, в сети, и конечно же на улицах.

Только вот контракт был уже подписан, и убеги я со съемки – моей карьере модели просто наступил бы конец. Еще и пришлось бы самой выплачивать крупную неустойку, которая была нам с матерью просто не по карману. А я, будучи совсем юной и неопытной, доверилась агентству, не став вчитываться в мелкий шрифт. Ведь я же, устраиваясь в «ФешенСмайл», четко дала понять, что не буду участвовать в ню-съемках! И просто не ожидала, что меня так подставят!

Меня трясло, глаза были влажными и не помогали даже успокоительные.

И тогда ко мне подошел он: владелец холдинга, который и отобрал меня для этой рекламы. Высокий, крепкий и до безумия сексуальный демон с короткими черными волосами, легкой щетиной на мужественном подбородке, ровным носом и черными глазами, от взгляда которых пронзало дрожью.

– Пойдем, я хочу с тобой переговорить, – заявил он. И взяв меня за руку, прямо в халатике, повел от гримировочного столика в небольшой кабинет без окон, принадлежавший, судя по всему, кому-то из фотографов на студии.

"

"– О чем вы хотели поговорить? – робко спросила я, чувствуя себя неуютно, и от нервов сильнее запахнула халатик.

– Насколько я понял, агентство не сообщило тебе, что это будет съемка-ню? – медленно проговорил мужчина, глядя на меня. – И поэтому ты не хочешь сниматься.

Дрожа, я кивнула.

– Но при этом понимаешь последствия, если откажешься?

Я снова кивнула.

– Что ж, тогда, думаю, имеет смысл предложить тебе сделку, – проговорил он, и его глаза хищно блеснули.

– Какую сделку? – вздрогнула я.