Светлые волосы безжалостно стянуты в хвост, а она ведь знает, как мне нравились ее распущенные локоны. Я любил их трогать, ерошить, вдыхать их аромат.
Я ее любил…
— Чем обязан?
Усаживаюсь на диван, чуть поодаль, всматриваюсь в ее лицо.
Майя мнется, прижимает к груди какой-то белый пакет. Видно, что ей неловко. И, черт подери, я не собираюсь облегчать ей задачу. Придаю себе максимум безразличия, чтобы видела, насколько мне все равно на то, что она может сказать.
И все-таки, когда слышу ее просьбу, меня пробирает до самых кишок.
— Спаси нашу дочку! — просит она жалобно.
При этом смотрит на меня с такой мольбой, что меня всего вымораживает.
Спаси нашу дочку…
Нашу, блядь!
Не дочку, которую она нагуляла, пока я пахал за троих, чтобы заработать побольше денег.
Не дочку, которую она наглым образом пыталась выдать за мою, хотя я совал ей в лицо ДНК-тест.
А, сука, нашу!
Очень хочу заорать: «С хрена ли она наша? С каких пор ею стала?»
Один бог знает, чего мне стоит сейчас сдержаться.
Вместо того чтобы схватить Майю за плечо и вытолкать отсюда к чертовой матери, ограничиваюсь коротким:
— Майя, загляни в ее свидетельство о рождении.
Она вздрагивает от моих слов, морщится, снова просит:
— Артем, я бы не просила, не будь ситуация так серьезна. Я бы не…
— А у меня сегодня день рождения, — напоминаю ей.
Мая вдруг выдает:
— Я не забыла, помню. Поздравляю тебя. Я просто не думала, что тебе нужны мои поздравления, поэтому начала не с того…
— А ты вообще, я смотрю, не думаешь, прежде чем что-то делать. — Эти резкие слова вырываются из меня, хотя я всеми силами стараюсь сдержаться.
— Пожалуйста, послушай! — просит она. — Ты же человек! По-человечески послушай…
О, сколько пафоса в голосе, аж пиздец.
Ну да, ну да, эта песня мне знакома. Артем послушай, Артем будь человеком…
Я долго ее слушал в свое время. Заебался снимать с ушей лапшу.
Впрочем, становится любопытно, что она хочет сказать мне в этот раз.
— Хорошо, я слушаю, — киваю.
Вижу, как на ее лице мелькает облегчение. Она радуется, мать вашу!
— Вот! — говорит Майя и достает из белого пакета, что прижимала к груди, какие-то документы, протягивает мне.
— Что это?
Я даже не трачу время на прочтение шапок документов. Их тут куча, какие-то кардиографии и прочая ересь.
— Выписки из больницы, рекомендации врачей и прочее, — тараторит она. — Здесь все, ты можешь посмотреть, убедиться. Посмотри внимательно, пожалуйста! Это жизненно важно…
Четко чувствую — сейчас будет просить денег.
И она не разочаровывает:
— Не хватает всего трех миллионов…
О как.
Одной миллион на шубу, другой три на нагулянную дочку.
Я им что, банкомат? Как же они меня задолбали.
