Диар потянулся рукой, готовый взять то, что мы так долго искали, но к моему затылку прижалось что-то металлическое. И только через долю секунды я поняла, что это бластер.

– Опусти руки, Диар, – спокойно велела Эмма, стоящая за моей спиной.

Он медленно повернулся, ледяным пламенем вспыхнул взгляд.

– И не вздумай применять силу, – подхватил и Наарат, направляя свой бластер на меня.

Я смотрела на Диара и лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации. Шанс применить мгновенное перемещение и не умереть от плазмы, выпущенной из бластера, равен нулю.

– Зачем вам это исследование? – спокойно поинтересовался Диар, будто не замечал того, что происходит. – И что с остальными? Они живы?

А во мне теперь вопила интуиция: опасность! И я все пыталась понять, почему Эмма и Наарат так поступили, но ответов на свои вопросы не получала.

– Неужели ты думаешь, Диар, что в капсуле информация только о том, как уменьшить последствия отката для одаренных? – холодной улыбкой акулы, не обещающей ничего хорошего, улыбнулся Наарат. – О нет! Сайрус получил заказ не только на это.

– Был еще и второй? – спросил Диар, который, похоже, тянул время.

– Руку убери, я хочу получить кристалл.

Диар послушался, и я прикусила губу.

– Был. Его сделал Ар.

Один из лидеров Ариаты?

– Зачем ему? Все никак не успокоится и хочет подчинить меня своей воле? Или дело касается всех одаренных?

Послышался смешок Эммы. Наарат держал в руках кристалл и задумчиво его рассматривал.

– Здесь, в этом маленьком хранилище, информация о возможностях генов одаренных. Наш с Аром и Эммой шанс стать бессмертными.

Что? Я не ослышалась? Судя по тому, как напрягся Диар, Наарат не лгал.

– И как в этом помогут наши гены, гены одаренных? – не выдержала я.

– О! – сощурившись и пронзая взглядом черных глаз, протянул Наарат. – Ты ведь не знаешь слишком многого, Алекс. Кое-кто не спешит тебя посвящать в некоторые подробности жизни мутантов.

Глянула на невозмутимого Диара, руки и лицо которого побелели, а на бровях возник иней. Он еле сдерживался, и я это и видела, и чувствовала.

– Регенерация позволяет жить очень долго, Алекс. Очень, – протянул Наарат, смотря на капсулы с невероятной жадностью. – Ты только подумай, какой скачок сделает эволюция, если мы изобретем вакцину бессмертия?

– А то, что при этом погибнут сотни одаренных, тебя, смотрю, не волнует? – поинтересовался Диар."

"– Но при этом тысячи будут жить. Жить вечно. Те, кто избран, – ответил Наарат, и я почувствовала легкий приступ тошноты, настолько противно звучали эти слова.

– Остановись, Наарат, пока не поздно.

Он расхохотался каким-то безумным смехом.

– А не стоило отказываться, когда предлагал работу. Сейчас бы мы были на одной стороне. А так… Вас, одаренных, оказывается, не всех можно купить.