Не удивлюсь, если в туалете этой квартиры будет еще и золотой унитаз.
Закончив истерично смеяться, я нажимаю звонок. До меня не доносится его трель. Очень хорошая шумоизоляция.
Проходит не меньше минуты прежде, чем распахивается дверь, и на пороге появляется блондинка модельной внешности. Маленький халатик едва прикрывает задницу, а через его шелковую ткань прорисовывается очертание силиконовой груди.
— Вы кто? — удивленно хлопает искусственно-длинными ресницами.
— Валерий Степанов дома?
— Вы не ответили на мой вопрос! — возмущенно пищит. — Кто вы такой? Я сейчас позову охрану!
Мне хорошо знакомы такие девушки, как эта. Они за новый айфон и норковую шубу мать родную продадут. В постели творят космос. Осуществляют любую, даже самую извращенную мужскую фантазию. Они станут кем угодно: медсестрой, стюардессой, учительницей… Примерят на себя любую роль, в которой их захочет увидеть спонсор.
Я смотрю на эту содержанку, и меня переполняет отвращение.
— Юля, кто там? — звучит громкий мужской бас, и уже через секунду его хозяин оказывается перед дверью. Видит меня и застывает.
— Здравствуйте, — уверенно произношу. — Мне нужно с вами поговорить.
Я замечаю его растерянность. На нем спортивный костюм от Kiton стоимостью, как годовая зарплата хирурга где-нибудь в Саратове, на шее толстая золотая цепь. Бритый череп, очень сильные руки и практически полное отсутствие пивного живота выдают в нем отчаянные попытки молодиться.
— Котик, кто это? — пищит блондинка, переводя взгляд с меня на него и обратно.
— Проходи, Миша, — обращается ко мне, игнорируя свою содержанку. Он открывает дверь шире, давая мне зайти в дом.
Я переступаю порог и оказываюсь в стильном пентхаусе с панорамными окнами размером во всю стену. Удивительно, но тут нет золотых колонн. Ремонт дизайнерский и со вкусом.
— Юля, я буду занят, — сухо бросает ничего непонимающей блондинке и ведет меня вглубь квартиры.
Мы поднимаемся на второй этаж, проходим длинный коридор и оказываемся в кабинете. Тут нет шкафов с книгами, как в кабинете папы или дедушки Игоря. Вместо литературы здесь множество статуэток. Он явно их коллекционирует.
— Присаживайся, — указывает мне на большое кресло из мягкой кожи. Сам садится на диван напротив меня.
Мужчина хоть и старается смотреть на меня уверенно, но видно, как он нервничает. Я тоже нервничаю.
— Извините, что побеспокоил, — начинаю, слегка прочистив горло.
— Все в порядке. Я так понимаю, ты уже знаешь правду о своем рождении?
— Да.
Мужчина слегка ухмыляется.
— Не думал, что Кристина когда-то расскажет тебе.
— Я сам узнал.
На его лице появляется слегка удивленное выражение. Возникает неловкая пауза, когда каждый из нас не знает, что сказать.
