Савка мне обрадовался и посетовал, что почти весь товар раскупили, а слухи по Нижнему Новгороду шли один краше другого, дескать нынче природный царь сел в Москве и наступит благоденствие, и скоро пойдем крымчаков воевать. Попили они нашей кровушки и теперь им несдобровать.
Откуда слухи о войне с крымчаками я не знал, но меня это не радовало. Не хватало еще и этого в предстоящих событиях.
На этот раз вышло триста двадцать рублей, не хилая сумма у меня выходит вместе с уже хранящимся в тайнике.
Да и семь послуживцев он мне подобрал, были они молоды и бедны, только сабля и душа.
Так что они были рады такому предложению, которое озвучил им Савка.
Все они были не старше двадцати лет, с каждым провели шуточный бой, и не сказать, что все было хорошо, но и не так плохо как со Стенькой поначалу. В общем, на уровне Вишки, когда я его к себе взял, кто-то чуть лучше, кто-то чуть хуже.
Мерины трофейные у меня были в поместье, но надо что бы все одвуконь были, так что пришлось докупать.
Но за то вышел весьма вооруженный и зубастый отряд.
Меха купил ласки, он весьма ценился — шкурка к шкурке, десять рублей отдал за три пары.
Дорого, но понты дороже денег."
"Закончив с делами, вернулись домой.
Грамоты я не стал брать с собой, да и денег взял всего полста рублев. Ведь от деда наверняка будем заезжать сюда, вот и не стал рисковать с грамотами, а деньги всегда пригодятся.
Заехали к соседям, упредив об отлучке, и выехали Белгород.
На этот раз путь прошел спокойно и без эксцессов, хоть у меня появилось внутренне напряжение.
Белгород было не узнать, народу стало явно больше, чем в прошлое мое посещение, да и лица людей были скорее радостные, в них лучилась надежда на лучшую жизнь. Из некоторых домов доносились крики и песни.
Поздея же не оказалось дома, к отцу своему уехал. Как сообщил его сосед, подозрительно на меня косившийся.
Вот только до дома деда мне самому было затруднительно добраться, хоть я там и был. Дорога к Прохору петляла среди леса, в котором были устроены засеки, и ложных поворотов хватало, и легко было заплутать.
— И чего делать будем? — поинтересовался Прокоп.
— Не знаю, постоялый двор найдем. Не на улице же ночевать, а там думать будем.









