– Возможно. Но я бы предпочёл не объяснять, откуда появились отметины.

– Какие отметины?

Вместо ответа он приоткрыл воротничок рубашки, показав маленькие красные метки на плече, где она его прикусила.

Виновато покраснев, Пандора встала на цыпочки, чтобы рассмотреть следы.

– Мне очень жаль. Думаешь, он бы стал распускать сплетни?

– Боже правый, нет. Как любит говорить Оукс: ""Сдержанность - лучшее качество камердинеров"". Однако, – он склонил над ней свою золотисто-бронзовую копну волос, – есть вещи, о которых я бы предпочёл не распространяться.

– Бедняга. Ты выглядишь так, как будто на тебя напал дикий зверь.

Габриэль хрипло усмехнулся.

– Всего лишь маленькая лисица, – сказал он, – которая, играя, слегка разбушевалась.

– Ты должен укусить в ответ, – сказала Пандора, уткнувшись в его грудь. – Это научит её обходиться с тобой нежнее.

Обхватив ладонью щёку Пандоры, Габриэль приподнял её голову вверх. Слегка прикусив нижнюю губу жены, он прошептал:

– Я хочу, чтобы она оставалась такой, какая есть.

Интерьер театра Хеймаркет был роскошным и пышным, кресла имели мягкую обивку, ярусы лож украшала золотая лепнина, в виде античных лир и дубовых венков. Позолоченный орнамент и расписанные вручную изображения Аполлона покрывали куполообразный потолок розоватого цвета, а хрустальные люстры проливали яркий свет на одетую по моде толпу внизу.

Перед началом спектакля Пандора и Хелен сидели в ложе театра и разговаривали, пока их мужья общались с группой мужчин в соседнем холле. Хелен светилась здоровьем и была полна новостей, и, казалось, решила убедить Пандору присоединиться вместе с ней к классу по женскому фехтованию.

– Ты тоже должна научиться фехтовать, – призывала сестра. – Это очень полезно для осанки и дыхания, и моя подруга Гарретт, то есть доктор Гибсон, говорит, что фехтование - бодрящий вид спорта.

Пандора не сомневалась, что всё это правда, но она была полностью уверена, что если женщина, теряющей равновесие окажется рядом с острыми предметами, до добра такое соседство не доведёт.

–Хотелось бы, – сказала она, – но я слишком неуклюжая. Ты же знаешь, что я плохо танцую.

– Но преподаватель фехтования научит тебя, как... – голос Хелен затих, когда она посмотрела в сторону верхнего бельэтажа, который находился на том же уровне, что и их ложа. – Боже мой. Почему эта женщина так на тебя смотрит?

– Где?

– С левой стороны бельэтажа. Брюнетка в первом ряду. Ты её знаешь?

Пандора проследила за взглядом Хелен и заметила темноволосую женщину, которая проявляла крайний интерес к театральной программке. Она была стройной и элегантной, с классическими чертами лица, глубоко посаженными глазами, обрамлёнными экстравагантными ресницами, и тонким носом, идеально расположенным над полными красными губами.