"БАГРОВЫЙ БЕРЕГ

Дуглас Престон, Линкольн Чайлд

Багровый Берег

Линкольн Чайлд посвящает эту книгу своей дочери Веронике.

Дуглас Престон посвящает эту книгу Эду и Дарии Уайт.

1

Когда раздался стук в дверь, Констанс Грин резко остановила игру на фламандском вирджинале[1], и библиотека погрузилась в напряженную тишину. Она перевела взгляд в сторону специального агента А. К. Л. Пендергаста, сидящего совершенно неподвижно у затухающего камина в тонких белых перчатках. В руках он держал освещаемый пламенем манускрипт. Рядом с ним, на боковом столике стоял наполовину опустошенный стакан Амонтильядо.

Констанс вызвала в памяти последний случай, когда кто-то стучал в дверь дома номер 891 по Риверсайд-Драйв — такие оказии в особняке Пендергаста считались весьма редкими. Сейчас воспоминание о том ужасном моменте миазмами распространилось по комнате.

Проктор, шофер Пендергаста, его телохранитель и главное доверенное лицо, возник в библиотеке.

— Следует ли мне посмотреть, кто пришел, мистер Пендергаст?

— Будьте так любезны. Но не впускайте этого человека. Просто узнайте его имя, цель визита и сообщите мне.

Проктор вернулся три минуты спустя.

— Это мужчина по имени Персиваль Лейк, и он желает нанять вас для частного расследования.

Пендергаст поднял ладонь с намерением отмахнуться от этого обращения, однако помедлил.

— Он упоминал характер преступления?

— Нет, он отказался вдаваться в подробности.

Пендергаст, казалось, впал в задумчивость, его тонкие пальцы тихо постукивали по корешку манускрипта.

— Персиваль Лейк... знакомое имя. Констанс, будь так добра, найди сведения об этом человеке на том сайте... как же его? Он еще был назван в честь очень большого числа.

— Гугл?

— Ах, да. Поищи информацию о нем в Гугле для меня, пожалуйста, если тебя не затруднит.

Констанс подняла руки с пожелтевших старых клавиш из слоновой кости, отодвинулась от инструмента, затем открыла небольшой шкафчик, достала оттуда ноутбук и поставила его на передвижной столик. Буквально за мгновение она набрала запрос на клавиатуре.

— Это имя принадлежит скульптору, создающему монументы из гранита.

— Как я и думал, имя явно знакомое, — Пендергаст сорвал перчатки и отложил их в сторону.

— Пригласите его.

Как только Проктор покинул помещение, Констанс, нахмурившись, повернулась к Пендергасту.

— Наше финансовое положение настолько плачевно, что ты вынужден подрабатывать?

— Разумеется, нет. Но работа этого человека — пусть и довольно старомодная — вдохновляет. Насколько я помню, его скульптуры восстают из камня подобно «Пробуждающемуся Рабу[2]» Микеланджело. Посему меньшее, что я могу для него сделать, это устроить ему аудиенцию.

Через несколько мгновений вернулся Проктор.