Качая головой, мама бормочет:
— Обязательно нужно было пролить кофе на платье, которое я выбрала для тебя? — Недовольно фыркает она. — Полагаю, придется обойтись этим. Мы не можем заставлять мужчин ждать.
Не замечая, выхожу ли я из комнаты, она продолжает говорить:
— Помни, Стефано — кузен мистера Фалько. Ты выходишь замуж за представителя величайшей семьи, поэтому будешь служить Стефано верой и правдой. Делай все, что он пожелает, чтобы пойти с ним под венец.
Когда я молчу, мама останавливается посреди коридора и свирепо смотрит на меня.
— Ты поняла, Габриэлла?
Понимаю, но я абсолютно не согласна.
Когда я смотрю на маму слишком долго, она замахивается и бьет меня по лицу.
В моей груди вспыхивают разрушительные эмоции, а руки сжимаются в кулаки. Боль от пощечины быстро проходит, пока я с трудом сдерживаю желание послать свою мать к черту.
С каждой пощечиной, унизительным словом и строгим приказом я становлюсь все более непокорной. Я не могу остановиться и знаю, что это лишь вопрос времени, когда мое упрямство приведет меня к большим неприятностям.
Они хотят чопорную и правильную принцессу, но я покажу им непокорную королеву.
И однажды это, возможно, убьет меня.
Сквозь стиснутые зубы она шипит:
— Своему отцу и брату ты не испортишь эту сделку.
Я с трудом сдерживаю гордость и раздражение, когда выдавливаю из себя:
— Да, мама.
Роза ди Белла никогда не была для меня матерью. Сколько я себя помню, она контролировала мою жизнь, указывая, что мне есть, сколько весить, что носить и как себя вести.
Я — всего лишь разменная монета, а мой старший брат — коронованный принц, который сменит моего отца. Санто может делать все, что захочет, и ему даже сходит с рук убийство.
Я появилась на свет случайно. Мои родители были довольны тем, что у них был только Санто, но потом появилась я, омрачив их идеальную жизнь своим нежеланным присутствием.
Им не терпится отдать меня Стефано Ферраро. Они получат зятя, который состоит в родстве с самым могущественным человеком в нашем мире. И при этом избавятся от меня."
"Мать бросает на меня еще один свирепый взгляд, а затем спускается по лестнице. Неохотно последовав за ней, я слышу крик брата:
— Он здесь!
Когда в поле зрения появляется фойе, я замечаю, как Санто открывает входную дверь.
Мужчина поднимается по ступенькам, склонив голову и расстегивая пуговицы пиджака. Он снимает его и, не оглядываясь, передает мужчине, который, похоже, является его охранником.
Когда он поднимает голову, я судорожно делаю вдох, пока мой взгляд прикован к Capo dei Capi Коза Ностры. С безжалостным выражением лица, обещающим мучительную боль и смерть, он выглядит как Бог, которым, несомненно, и является.
Доминирование и власть, исходящие от него, приковывают мое внимание.
