– Ты издеваешься, Стас? – и скривилась, как будто бы ей пришлось отведать какой-то жуткой кислятины."

"– Нет, просто приехал, потому что скучаю по тебе. Тянет. Понимаешь? – и сделал шаг ближе, а она от меня.

– Да-а-а, Гордеев…но, знаешь, я не удивлена. Думала, что ты уважаешь мое решение, но тебе насрать.

– Это не так, – уперто произнес я.

– Так! Тебе просто втемяшилось в голову и тушите свет. И плевать ты хотел на то, что я все для себя решила. Ушел от меня тогда? Уволил из отдела? Ну так и живи себе теперь дальше. Радуйся!

– Арин, я просто…

Перебила!

– Даже слова мне сказать не дал, – с надрывом вытолкнула из себя, и я с ужасом увидел, как в ее прекрасных глазах задрожали слезы, – как вещь растоптал типа любимую женщину. Да, я тоже не подарок…накуролесила. Так что, давай взаимно облегчим жизнь друг другу.

– Я не хочу, – попытался схватить я ее за руку, но Арина снова сделала шаг назад.

– Я, я, я и ничего больше, – фыркнула девушка и устало выдохнула.

А потом обошла меня по широкой дуге, села в такси и уехала. А я как побитый пёс за ней. Потому что не мог себе позволить опустить руки. Это в душе у меня все скрипит и исходит трещинами, а снаружи я еще могу быть огурцом.

Огуречиком, мать её ети!

И пошло, поехало. Неделю больше ни слова, между нами, хотя я и пытался. Каждое гребаное утро стоял под ее окнами и ждал, а там уж упрашивал поехать со мной, а не на такси. Клялся, божился, что буду молчать, что слова ей не скажу. Просто ехать с ней уже счастье.

Но нет! Как об стенку горох.

Цветы тоже все в топку, а точнее кому придется. Утром чаще всего букеты доставались премилой бабульке, что выгуливала своего двортерьера и с интересом на нас поглядывала. Вечером мимо проходящим девушкам или и вовсе урне.

На тренировках Арина уходила в отдельный зал, где тренер закручивал ее в какие-то немыслимые асаны, пока я выбивал дурь из себя и из груши. А потом мы все так же вместе и в тоже время врозь ехали по домам. Она к себе, а я в обезличенный номер гостиницы, где спустя семь бесплодных дней и ночей, сел и, глядя в бесконечное вечернее летнее небо, взял в руки ручку и на листе бумаги стал выводить слова, складывая их в рифмы.

Впервые за последние пять лет.

И снова ради нее.

Я тысячу лет не писал стихов,

Но теперь строчки мелькают,

Девочка из розовых снов

И вновь преграды все тают.

Перелетной птицей робкой

Я к тебе лечу во сне,

Был идиотом,

Прозябал в одиночества тьме.

Ты мой горячий шоколад

Сладкий с горчинкой,

Я пойду за тобой через ад,

За твоей мимолетной улыбкой.

Как дурак! Тогда и сейчас!

У тебя на крючке, как ручной.

Каждую минуту и каждый час,

Представляю себя с тобой.

Без тебя мне нельзя, без тебя всё пустое -

Озеро из вечного льда,

Неприятное, колючее, злое

Как вечные холода.