В лагерь военно-пленных кавалера ордена Красной Звезды отправлять как-то неудобно, но с другой стороны — союзник он был не идейный, а вынужденный. Крутили и так и эдак, только в конце концов здравый смысл победил и его сунули инструктором в центр подготовки саперов. Хотели сначала к пропагандистам послать, но Макс, при всей накопившейся нелюбви к Гитлеру, гладко и красиво изъясняться не мог, будучи по натуре не звездуном, а технарем, поэтому и попал по специальности.
Почти год он готовил советских подрывников, успел выучить язык и даже организовать небольшой оркестр, пользующийся большой популярностью в городке, как вдруг на него опять вышло НКВД.
Так он и попал к Гусеву. Серега несколько дней вел беседы с бывшим представителем вермахта и решил, что он нам подходит. А потом Макс как-то очень быстро скантовался с Шарафутдиновым, и эти два фаната минно-взрывного дела на пару начали пропадать в ближайшем карьере и пугать людей грохотом своих новых изобретений.
Обалдеть… Я, честно говоря, даже не предполагал, что в наше секретное подразделение могут немца запихнуть. Хотя его проверяли и перепроверяли по всем позициям, только что дым из ушей не шел. И еще одно — умению Гусева разбираться в людях я верю на все сто, да и просто проводник-консультант нам позарез нужен. Где еще найти человека, который всю эту Пруссию с закрытыми глазами пройти может? Так что будем считать, что нам крупно повезло заполучить себе такого человека.
На улице уже темнело, когда в разгар веселья я услышал рев двигателя за окном и надсаживающийся голос бойца, орущего:
— Ну куды?! Куды ты прешь?! Сдавай назад!
Выглянув наружу, увидел, как тяжелый самоход пытается развернуться на узкой улочке. В конце концов, снеся кормой забор, он крутанулся на брусчатке и, выпустив клуб едкого дыма, загрохотал траками в сторону выезда. Похоже, «мазута» опять заблудилась. Их полк за южной окраиной стоит, я стадо ИСУ-152 засек, когда сюда ехал, а эти балбесы, наверное, указатель не увидели…
Вообще танкисты меня сегодня напугали чуть не до усрачки.






