Попытка возврата

Серега, выслушав предложение, отказал, уложившись всего в четыре слова, включая предлоги. Но зато в этом отказе был и сам отказ как таковой, и сомнение в моих психических способностях, и заодно засылка вопрошающего в пеший эротический тур. И все это четырьмя словами! Порадовавшись за великий и могучий родной язык, я подошел к этой проблеме с другой стороны:

— Хорошо, командир, я тебя понял и даже разделяю такой настрой.

Это дело, разумеется, совершенно не наше, и «невидимки» его выполнят не хуже. Но ты и меня пойми. Я ведь почти четыре месяца на асфальте пасся и из войны совсем выпал. Да и ребята месяца два за передок не ползали. А ведь здесь все по-другому будет. Здесь — Германия с массой своих особенностей и нюансов. Если нас сразу на крупное дело кинуть — можем ведь и накосячить… А так, считай, — сходим недалеко, заодно оботремся, освоимся и поймем, как себя вести.

— А что, сейчас не понимаете? Тренировки каждый день, карты заучили только что не наизусть.

Да и дело это, как ты правильно заметил, — не наше. Задача чисто для террор-группы.

— Блин! Ты же сам по тылам ходил и знаешь, как важен психологический настрой! А тут — страна совсем другая! Люди другие, отношения другие! Те же продукты — где мы добывать будем? Это в Белоруссии хорошо — в любой деревне подкормят, а здесь? Каждый раз хутора вырезать, чтобы они по следу карателей не пустили? Так через два дня за нами не только каратели, но и все местные гоняться начнут, местью пылая.

— Хе! А ты думаешь, если вас просто увидят — не доложат?