Марине Иосифовне было всего-то пятьдесят два, самый сок. Глебу Георгиевичу пятьдесят восемь, он только показался Диане неухоженным старым дедом. Но Марина Иосифовна его приодела, побрила, сделала модную прическу и устроила терапевтом в частную клинику. И Глеб Георгиевич, под чутким руководством Марины, расцвел. Теперь это импозантный мужчина, с которым очень и очень много о чём можно поговорить. А если прислонить к теплой стенке, то и не только поговорить.

Мама тоже у Дианы расцвела. У нее вновь появился смысл жизни.

Диана старалась не лезть к маме, давая той возможность наслаждаться тихим, семейным счастьем.

— Володь, угомонись, — усмехнулась Диана, обвивая руками любимого.

— Ди, а вдруг тебе нельзя заниматься сексом, — испугался Волков.

— Володь, я беременная, а не больная, врач сказал, что у меня все хорошо, — она снова улыбнулась и погладила живот.

— Завтра пойдем подавать заявление в загс.

— Я не хочу, — уперлась рогом Диана.

— Ди, если мы не будем женаты, а родятся малыши, как я докажу, что их отец?

— Ну, до этого должно пройти восемь месяцев, — задумчиво протянула Диана, смотря в потолок.

— Милая, а может все-таки в загс?

— Ммммм, а может все-таки секс.

И Волков занялся прямыми своими обязанностями.

Диана сидела в гостях у мамы. Её кухарка накрыла им стол, поставила новую посуду.

— Я смотрю у тебя и чашки новые, — удивилась Диана.

— Доченька, так у меня и муж новый, — зарделась, как красна барышня, мама. — Негоже мужу пить из посуды, что покупал мой бывший муж.

Мама поправила скатерть, провела рукой по столу, словно смахивая крошки, пододвинула к Диане вазочку с сухофруктами.

— Ди, я хотела с тобой поговорить, — начала мама, а Диана уже знала, о чем пойдет речь.

— Нехорошо получается, у тебя уже животик видно, а вы не женаты с Володей.

— Ма, опять да потому, — прервала её Диана. — Я ещё не нагулялась.

— Ди, ну какие гулянки? У тебя скоро пузо на лоб полезет, — рассердилась мама. — Он вокруг тебя хороводы водит, а ты нос воротишь.

— Боюсь я, — тихо сказала Диана.

— Чего? — удивилась Марина Иосифовна.

— Вот рожу, стану некрасивая, и он найдет Сусанну, Снежану, Кристину, …

— Девочка моя, что ж ты с ним не поговоришь об этом?

— Мам, ну скажет он мне, что никогда и ни за что, а сам будет тайно трахать девок.

— Каких это девок я буду трахать? — Волков вошёл тихо, под его мощным телом не скрипнула ни одна половица. Он успел услышать последние фразы.

— Так кого я там трахать буду? — сердито спросил Волков.

— Девок красивых, а я рожу и стану некрасивой, — обиженно надула губки-бантики Диана.

Волков прошёл на середину гостиной, опустился на одно колено, доставая из кармана две коробочки. Он открыл одну, где сиял гранями бриллиант, вставленный в колечко.