За все надо платить

Шоринов вытащил бумажник и швырнул ей несколько стотысячных розовых купюр. Купюры разлетелись по полу. Саприну стало неловко, он нагнулся и принялся их собирать.

– Не надо, Коля, – спокойно сказала Катя. – Дусик не тебя хочет унизить, а меня. Не лишай его этого удовольствия.

Саприн подчинился, молча протянув ей уже собранные купюры и покорно сев на место. Он видел, как Катя, стоя на коленях, собирает разбросанные по полу деньги, и чувствовал, как его охватывает непонятная и доселе не испытанная боль. Боль поднималась откуда-то из груди, наплывала на глаза, лоб, затылок, мешала дышать.

Боже мой, он так ее любил!

Катя собрала наконец все деньги, достала из шкафа брюки и свитер и вышла из комнаты.

– Михаил Владимирович, – твердо произнес Саприн, – извинитесь перед ней. Вы ведете себя по-хамски. Так нельзя, она не виновата в ваших неприятностях.

– Обойдется, – бросил Шоринов. – Не барыня. За те деньги, которые я ей даю, может и потерпеть. Думай лучше, где Оборина искать.

– Сами обойдетесь, – злобно прошипел Николай.

 – Редкая вы сволочь все-таки.

Он резко поднялся и вышел в прихожую, где Катя уже застегивала куртку. Лицо ее было белым и словно неживым.

– Катюша, – мягко начал он, – прости нас. Я не должен был позволять ему кричать на тебя, но…

– Да пошел ты, козел! – бросила она ледяным тоном и изо всех сил хлопнула дверью.

* * *"

"Василий Викторович Голубцов встал в самом радужном настроении, принял душ, побрился, позавтракал и уселся за работу. Работал он редактором в одном крупном издательстве, рукописи брал на дом и на службу являлся не чаще одного раза в неделю.

Он был неплохим стилистом, поэтому ему давали на редактирование переводные любовные романы, от которых его постоянно тошнило. Он неоднократно просил хоть какие-нибудь боевики или триллеры, но старший редактор был непреклонен, объясняя, что авторы боевиков пишут примитивно и просто, поэтому их и переводить несложно. А любовный роман – штука тонкая, автор обычно претендует на некоторую литературность, поэтому после переводчика текст нужно тщательно редактировать. Голубцов вздыхал, но только до того момента, как приходилось расписываться в ведомости за гонорар. Платили в издательстве более чем прилично. А главное – была масса свободного времени, которое можно было потратить на зарабатывание денег самыми разными способами.

Он успел отредактировать почти десять страниц, когда телефонный звонок заставил его закрыть папку с рукописью и начать одеваться.