– Слезы тебе не помогут, а вот ясная голова способна придумать какое-нибудь решение.
– Какое тут может быть решение?
– Я же сказала – какое-нибудь. Будем мыслить логически. Начнем с жертв. По порядку. Кто был первым?
– Молли, – подняла я на нее недоумевающий взгляд.
Я задумалась и медленно кивнула.
– Теоретически, мог. Там на кладбище, он появился внезапно, пришел к нам на помощь, когда на нас напал воскрешенный Ольном мертвец.
– Хорошо, – кивнула подруга. – Вторым был смотритель Сализер. Верно?
В голове тут же всплыл шкаф, в котором мы с Даром прятались от ректора. Все тело затопило неимоверное облегчение, заставившее меня упасть на спину и раскинуть руки.
– Это не он. Тогда с Сализером… Дар был со мной. Создатель, Алеена, как же я не подумала?
– Погоди радоваться, – не разделила моего воодушевления подруга. – Третьей была Мойра, так? – я кивнула. – Дар мог напасть на нее?
– Его держали в тренировочном зале, – заметила я.
– Но окна не запирались, да и сбежать легче легкого? – я снова кивнула.
– Это ни о чем не говорит. Мистер Сализер…
– Алекса, мы не лекари и не знаем точно, что именно с ним произошло. Вдруг его состояние не имеет никакого отношения к Мойре и Молли?
– Тогда выходит – шансы равны. Дарел либо горгон, либо нет, – задумалась я, чувствуя, как на меня снова наваливается нечеловеческая тоска. – Думаешь, нужно все рассказать преподавателям? Черт, завтра турнир, а я не знаю, что делать.
– Турнир говоришь… – протянула подруга. – Хм, кажется, у меня есть план.
– Ты должна победить!
Глава 27. Когда любовь дороже чести
К арене я шла медленно, будто к эшафоту. И чем ближе подходила, тем сильнее становилась тяжесть на сердце. А застывшая в самом центре внушительная фигура, что, опираясь на тяжелый меч, не сводила с меня внимательного взгляда, вполне сходила за палача.
Семенящий рядом Морис, не разделяя моей тревоги, воспринимал всеобщие крики и аплодисменты на свой счет. Кивал головой, изредка повизгивал. А заметив машущих нам с трибуны Ольна и Алеену, едва не пустился в пляс.
Вымучив улыбку, я кивнула друзьям, как бы подтверждая, что помню о договоренности и приложу все усилия, чтобы победить.
Тело бросало то в жар, то в холод. Внутри нарастала паника. А внутренний голос не замолкая твердил, что ничего у меня не выйдет.
Я всю ночь не спала, ворочаясь с боку на бок. И как итог, магический резерв восстановился только наполовину. А учитывая, что я и с полным Дарелу не соперник, оставалось надеяться лишь на чудо.
Проиграть нельзя. Слишком многое было поставлено на карту. Многое. Если не всё.
Под рев трибун я приблизилась к Дару, встала рядом и над нами тут же засиял прозрачный купол. Даже опомниться не успела, как перед глазами зарябило и вот мы уже в знакомом снежном лесу.
