Однако Левенберг что-то узнал; вообще он совершенный и законченный псих, пока возился со мной, все время бормотал о том, что он всю свою жизнь искал это сокровище, изучил все планы замка, ходил тут, искал… на него натолкнулся Верещагин, пытался задержать, он его и убил…
— Так прямо и признался в убийстве?
— Говорю же — он ненормальный! Одержим только одной идеей — найти сокровище Павла Первого. Так что мы может воспользоваться его изысканиями. Кроме того, теперь у нас есть этот перстень, так что нужно спешить, чтобы успеть до полудня. Конечно, если ты устала, можешь возвращаться, но я не упущу такой случай… Кстати, мы уже почти пришли…
Нет, ну как вам это нравится? Я устала… А она, значит, не устала… Но вообще-то Леокадия выглядела бодрой и энергичной как никогда. Вот старая гвардия, все им нипочем!
Мы сошли с моста, прошли еще немного по коридору и оказались перед высокой резной дверью.
Леокадия Львовна толкнула эту дверь, и мы вошли в высокое сводчатое помещение.
В глубине этого помещения находился резной алтарь, справа от алтаря — статуя какого-то святого, который держал в руках макет средневекового готического собора, видимо, как-то связанный с его житием, слева — предмет, необычный для часовни — огромные часы с маятником в резном деревянном корпусе.
— Вот они, часы Магистра! — проговорила Леокадия Львовна, невольно понизив голос.
Я взглянула на циферблат.
На часах было без четверти двенадцать.
— Если Левенберг не ошибался, у нас осталось пятнадцать минут.
— Но что мы должны сделать за эти пятнадцать минут?
— Если верить Левенбергу, все дело в часах…
Я обошла огромные часы, внимательно осмотрела их.
Внутри огромного деревянного корпуса, напоминающего формой башню средневекового замка, медленно раскачивался маятник. Вокруг медного циферблата были изображены символы зодиакальных созвездий, а сверху, над циферблатом, было написано уже знакомое мне библейское изречение:
«Дому твоему подобаетъ Святыня Господня въ долготу дней».
— Так… похоже, что все дело в этом высказывании…
Это та же самая фраза, которая была написана над входом в замок. Та самая роковая фраза, которая предсказала Павлу год его смерти.
А где еще я ее видела?
И тут я вспомнила ту фразу, которую прочла под слоем крови в книге Бидермайера. «В долготу дней — но не лебедь и не щука»…
Очень странная надпись. Казалось бы, что общего между лебедем и щукой?
— Время идет… — проговорила у меня за спиной Леокадия Львовна. — Осталось только пять минут…
Я вспомнила, как в школе спешила закончить сочинение. До конца урока оставалось тоже пять минут, а я не могла вспомнить басню Крылова, подходящую к теме сочинения.
