Митя убедился, что я уже никуда не денусь, и переложил на мои плечи свой дом, свою дочь, даже больную маму.
— Вы были очень одиноки, — резюмировала Дерси, — оттого, наверное, и померли.
— Думаю, ты в чем-то права. Во мне разрослась болезнь, как… паук.
— Так это прокляли вас, — не менее авторитетно заявила помощница.
— Но у нас нет магии.
— А лукавый дух? И вообще, моя мама говорит: миров много, и в каждой свое волшебство, иногда маленькое, слабенькое.
— Тоже верно, — спорить не хотелось.
Я с кряхтением разогнулась, оценив проделанную работу.
Гостиная заметно посвежела. Выстиранные шторы, камин без свисающих сталактитами комьев копоти, блестящий пол, местами, правда, вытертый. Чистенько, но бедненько.
Нужно средства и слуги. Пятьсот орлов раз в полгода – жалкие слезы. Боюсь, мы с Гидеоном виделись не в последний раз. Следующий будет, когда я науськаю на него О’Дулли.
— Придется жестко экономить, — пробормотала я.
Дерси только пожала плечами, тетушкино воспитание ее нехило закалило.
— Я силки на кроликов ставить умею, — гордо похвасталась она. — Небось не оголодаем.
— Дерси, да ты просто бриллиант! Дай тебе бог мужа хорошего! — воскликнула я, и девушка слегка зарделась.
Впрочем, насчет оголодать у меня уже сейчас имелись некоторые опасения. Нэнси готовила ужасно. Я вообще не подозревала, что можно так портить продукты.
Нам уже пришли заказанные в городе мясо, мука и овощи. Все благополучно растворилось в недрах кладовки, при этом всякий раз, когда я заговаривала об улучшении качества питания, Нэнси упрекала нас в обжорстве, особенно Габби.
Мальчик действительно хорошо кушал. Но упрекать молодой растущий организм в том, что он растет, было как-то ниже моего понимания.
Я недоумевала, почему экономка ведет себя так нагло. Неуязвимая она, что ли? Уверена, что на ее место желающих не найдется?
— Надеюсь, одними кроликами питаться не понадобится, — сказала я. — У нас есть золото от продажи украшений. Как ты там говорила, целых полсата монет?
— Да, полмешочка. А целый сат – это большой мешочек, — напомнила Дерси.
Я старалась запомнить здешние меры и не запутаться.
На кухне что-то брякнуло и булькнуло, а в коридоре – скрипнуло. Потянуло горелым.
— Пойдем-ка прогуляемся, — предложила я, принюхиваясь, — Динфэй обещал экскурсию по хозяйственной части поместья.
Недавний ураган (такое на побережье случалось часто) разворошил и разбросал остатки старой «инфраструктуры» имения. Целыми остались лишь те постройки, которые Динфэй регулярно укреплял и обновлял: дровяной сарай, амбар и конюшня.
Моя мечта завести свинок и курочек постепенно гасла. Все опять упиралось в деньги и персонал.
Плодов сад давал немного.
