— А сейчас? — тихо спросила я, непроизвольно ежась и оглядываясь.
— И сейчас попадается, — подтвердил Динфэй.
— Ой… а как же Габби? — взволнованно пискнула Дерси.
— За мальца не волнуйтесь, с ним лиса, — благодушно отозвался слуга. — Нечисть фениксовых фамильяров боится, не подойдет, помнит, кто в доме хозяин.
— Все равно, — мотнула головой я. — Габриэль, от дома далеко не отходить, понял?
Мальчишка кивнул. Алисси тявкнула.
— На всяких тварей интерес большой, и был, и есть, — продолжил Динфэй. — А Люминоры… эта… хорошо бестий разводить умели: хозяевам послушных, умных да опасных. Некромантам всяким только такие сгодятся. Обычную дикую нечисть никак не приручить, а если маленько помагичить над выводком – совсем другое дело. Так сразу под будущих хозяев фамильяров и растили. А кто лучше от других тварей некроманта и бестилова защитит, чем такая же тварь?
Логично. Значит, лисы и соколы. Интересно, сколько персонала было тогда у Люминоров. Лекари зверей так точно имелись. И почему я не попала сюда лет сто назад?
Ужин не задался. От рагу отчетливо попахивало гнильцой. Обитатели Фаир-Глана по очереди отодвигали от себя тарелки. Динфэй пробормотал какие-то извинения и сбежал. Я заподозрила, что у старичка где-то имеется продовольственная заначка. Голодным он никогда не выглядел, а иногда тайком что-то пожевывал.
— Вы хотите нас отравить? — в лоб спросила я Нэнси. — А на виселицу не желаете?
Я понятия не имела, казнят ли в этом мире людей повешением. Но, похоже, угадала.
— А ничего вы мне не сделаете? — Нэнси чуть побледнела, но гордо задрала все три подбородка. — Готовлю из того, что имеется. Другого мне не покупали.
— Это есть нельзя, — категорично заявила я, забирая самую щербатую и потрескавшуюся тарелку из-под носа у Габби. Вечно голодный ребенок пытался найти в месиве из костей и обгорелых обрезков овощей съедобный кусочек. — Мы ведь купили нормальные продукты. Где они?
— Где положено, — отрезала экономка. — В шкафу холодильном. Сами поглядите.
— Ключ, — потребовала я.
И поглядела… на свою беду, даже понюхала. Переложенное льдом мясо издавало невыносимую вонь. Нэнси поглядывала на меня со злорадством. Я тоже перевела на нее задумчивый взор, пытаясь понять, как рачительная экономка сумела заменить свежие продукты на гниль.
Смотрела я долго. Нэнси даже слегка забеспокоилась.
— И не глядите так, хозяйка. Не надобно на меня так глядеть. Я человек подневольный, лэном Фальконом сюда поставленная. Ему меня и увольнять... Да только и он не уволит.
— Это почему же? — прищурилась я.
Но Нэнси по обычаю фыркнула:
— Потому как я часть дома, вот почему! Попробуйте тронуть – и увидите. Проклятие-то не дремлет. Меня-то оно не тронет, а вот вас…
Скорбно поджав губы, экономка поковыляла прочь.
