Продавец цветов

Однако он быстро уловил мое намерение, и оба его сжатых кулака уже готовы были обрушиться на мою ничем не прикрытую шею. Но я резко крутанулась на месте, словно заведенная сильной рукой юла. Стул за спиной, повторяя мое вращательное движение, описал дугу, попутно смел стеклянную вазу с журнального столика и тяжелым тараном ударил Бена сбоку по ребрам.

Тот не устоял на ногах и отлетел в сторону шкафа. Его голова угодила в зеркальную стенку, отчего отражение комнаты заколыхалось. Он вздрогнул, как марионетка, которую резко дернули за все нити одновременно, а затем проворно вскочил на ноги.

Однако для этого ему понадобилось пусть не очень большое, но вполне определенное время. И я это время тоже не теряла даром.

За эти секунды мне удалось несколькими энергичными движениями освободить левую руку. Я мысленно поблагодарила своего инструктора-наставника в «Ворошиловке» по рукопашному бою. Это он заставил меня разучить невероятно сложный комплекс упражнений на растяжку и гибкость.

Именно благодаря приобретенной с его помощью почти пластилиновой гибкости я сейчас и смогла освободить левую руку.

Придавленные резиновым жгутом к подлокотнику вены освободились, оживляя затекшие мышцы потоком теплой крови. Но на вторую, правую руку времени уже не оставалось. Однако я уже могла выпрямиться и не стоять в скрюченной позе.

Я быстро повернулась к Бену левым боком и, словно выкидное лезвие из ножа, выбросила ему навстречу ногу. Увернуться Бен не успел, но рефлекторно согнулся вперед, смягчая принятый животом удар.

Его голова вновь встретилась затылком с зеркальной поверхностью шкафа.

На этот раз зеркало не выдержало и со звоном разлетелось на множество блестящих осколков, обильно усыпав ими пол и голову Бена. Его усы мгновенно обвисли, а все веснушки, до этого не очень бросавшиеся в глаза, четко выступили на испуганном лице. Нервным движением он прижал ладони к щекам и, как-то сразу затихнув, затаился на полу.

Но одновременно со звуком бьющегося стекла мою левую лодыжку захлестнул крепкий, словно объятия удава, захват. Пришедший в чувство после позорного поражения Утюг предпринял отчаянную попытку реабилитироваться в собственных глазах.

Все так же не отрывая одной руки от паха и оставаясь лежать на полу, он другой рукой обхватил мой голеностоп и резким движением выворачивал его. Еще небольшое усилие с его стороны — и мне вместе со стулом пришлось бы растянуться на полу между ним и Беном в опасной близости от них обоих.

Я рефлекторно попыталась отдернуть ногу, но Утюг сначала обманчиво поддался моему движению, а сам тем временем только еще сильнее укрепил захват и потащил меня вниз.