Какое-то время Мараншон молчал, барабаня по столу костяшками пальцев, затем поднял руки, будто сдаваясь, и сказал:

– Что ж, извольте - будь по-вашему!

– Это приказ короля, генерал, - сухо заметил Фрай.

– Да, именно это я и хотел сказать. Я дам вам ваши три тысячи, но заметьте, в городе свирепствует простудная немочь и…

– Никаких больных, генерал, - с нажимом произнес Фрай. - Мне не нужен передвижной лазарет, поэтому я возьму только здоровых. Что касается обозного снабжения - все лошади в обозе должны быть здоровы, фураж только овсяной, солонина только самая свежая, мешки для воды - чистые. Мало того, в мои три тысячи нужно включить солдат, которые владеют вердийским или тардийским языками. Чекмесы тоже сгодятся. Завтра с утра у меня должна быть сотня разведчиков на легких лошадях - они в эти три тысячи считаться не будут.

– Но позвольте, вы же меня обескровите! - воскликнул Мараншон, вскакивая, однако Каспар хлопнул по столу ладонью и в образовавшейся тишине произнес:

– На все сборы и организацию даю вам семь дней и ни часу больше. Если не уложитесь, отпишу королю, что вы саботируете его приказ и способствуете противной стороне.

После такого финала Мараншон сник, как-то сразу постарел и, опустившись в кресло, сказал:

– Хорошо, генерал, я принимаю ваши условия. В конце концов, это приказ короля.

Беседа с Мараншоном была последним важным делом за весь день. Покинув генерал-графа, Каспар с де Шермоном расстались, и каждый отправился в свои апартаменты.

Согласно своему чину Каспар получил три большие комнаты - спальню, гостиную и рабочий кабинет. Пока он осматривал их богатое убранство, за ним неотлучно следовали два молчаливых лакея.

– Желаете принять горячую ванну, ваше превосходительство? - спросил один из них, когда осмотр был закончен.

– Никуда идти не нужно, ваше превосходительство, ванная позади гостиной, а отхожее место позади спальни.

– Да, желаю принять, - согласился Каспар и стал снимать шляпу, пояс с мечом, куртку, сапоги. Когда стянул обмотки, лакей подал ему мягкие туфли и шелковый халат, чтобы прикрыть наготу, снимая белье.

– Меч далеко не уноси, - сказал Каспар лакею, забравшему оружие вместе с другими вещами.

– Как скажете, ваше превосходительство, - поклонился тот и повесил пояс с ножнами на спинку стула.

– Там в сундуке белье… - напомнил Каспар, указывая на свой багаж.

– Все уже разложено по шкафам, ваше превосходительство. Чистая пара белья тоже приготовлена. Сапоги на завтра какие наденете?

– Эти, они растоптанные, а мне долгая беготня предстоит… Эх!

Каспар завернулся в халат, прихватил пояс с мечом и, следуя за лакеями, отправился в ванную.

Увиденное поразило его.