То ли дело Сашка… Ник только сейчас задумался о том, что ребенок, рожденный от любимой женщины и от той, которая его буквально навязала - две разные вещи. Только было слишком поздно. Уже давно все было исправлять слишком поздно.
- Никит! Константинов! Ты?
Он узнал того, кто к нему обращался. Глеб собственной персоной. Счастливый обладатель настоящей семьи, а не того суррогата, в который превратилась жизнь Ника.
- Привет, - поздоровался с другом, с которым не виделся бог знает сколько времени. И который, конечно, не знал о его «прибавлении».
- А это..? - указал Глеб глазами на коляску.
На лице его при этом было такое удивление, что можно было картину писать «Не ждали».
- Дочь моя вторая. Машка.
- О! - только и сказал Глеб.
- Есеня вроде не беременна была… или..?
Недоумение, проступающее в чертах лица Глеба стало еще более явственным. А у Константинова внутри появились досада и злость. Его друг вернется к жене и детям. У них будут совместные планы, полные предвкушения и радости, поделенной на всех. А что останется ему? Кричащий младенец и уставшая мать?
- Есения не со мной, - процедил он. - У нее другой мужик.
После чего начал толкать коляску с еще большим остервенением. Лишь бы быть подальше от того, что приносило лишь дискомфорт.
Домой пришел выпотрошенный донельзя. Бесило все. Начиная от слишком долго ехавшего лифта, до двери в квартиру, за которую цеплялись колеса, отчего Маруся проснулась и начала истошно вопить.
- Ты с Есей же виделся? Не стал своих требований предъявлять? - вынув из коляски ребенка, задала вопросы Татьяна Ивановна."
"- Стал. Сказал, что Сашку заберу и будет жить с нами, - откликнулся Константинов, испытывая злорадство из-за того, что говорил эти слова.
- С ума сошел?!
Мама округлила глаза и посмотрела на него так, словно он прямо перед нею превратился в монстра.
- Мы решили, что этого не будет. Сашка останется с Есей. Я стану воспитывать Машку.
Ник растер лицо ладонью. Хотелось реветь, как вол, от того, что только что произнес. Он потерял все.
Он.
Потерял.
Все.
- Вот и перестань ересь нести. У тебя теперь Маруся. Слышишь? - Она даже ударила в стену рядом с собой. - У тебя теперь Маруся, - повторила раздельно.
И ушла.
Подмывать девчонку, или что там она собиралась делать? Ему было плевать.
Мама сказала самые верные слова.
Он потерял все.
Глава 39
Две полоски на тесте. Кажется, я совсем не удивилась их наличию, когда увидела. Как будто тело уже знало это само, а мне только и осталось, что убедиться в беременности. Я носила под сердцем ребенка Игоря.
За последние две недели наше общение со Свердловым почти сошло на нет. Я то корила себя за то, как мы с капитаном полиции расстались, то убеждала, что все произошло ровно так, как и должно было быть.
