Бессердечный повеса

Но даже если бы я на это решилась, то сначала его всё равно пришлось бы переучивать.

Девон сомневался, стоит ли позволять Кэтлин приближаться к коню, который совсем недавно убил её мужа, пусть даже ненамеренно. К тому же, по всей вероятности, она не сможет остаться в Эверсби достаточно надолго, чтобы успеть добиться успехов в занятиях с арабским скакуном.

Но сейчас не время об этом напоминать.

– Мне бы хотелось осмотреть парк вокруг дома, – сказал он. – Не откажетесь составить мне компанию?

С обеспокоенным видом Кэтлин отступила на полшага назад.

– Я распоряжусь, чтобы старший садовник вам его показал.

– Я предпочитаю, чтобы это сделали вы. – Девон сделал паузу, а затем спросил: – Вы же не боитесь меня?

Её брови опустились вниз.

– Конечно, не боюсь.

– Тогда прогуляйтесь со мной.

Проигнорировав его протянутую руку, она бросила на него настороженный взгляд:

– Не должны ли мы пригласить и вашего брата?

Девон покачал головой:

– Он решил вздремнуть.

– В это время дня? Он болен?

– Нет, просто мой брат придерживается расписания кота: долгие часы безделья перемежаются короткими перерывами для того, чтобы побриться, помыться и поесть.

Он заметил, что уголки её губ непроизвольно приподнялись в короткой улыбке.

– Тогда пойдёмте, – пробормотала она, проходя мимо него, и поспешила вдоль по коридору, а он, не мешкая, направился следом.

Проведя всего лишь несколько минут в компании Девона Рэвенела, Кэтлин уже не сомневалась, что каждая грязная сплетня, которую она о нём слышала, являлась правдой. Он был эгоистичным ослом. Отталкивающим и грубым повесой.

Но нужно отдать ему должное, он был красив. Хотя и не так, как Тео, кого господь наделил благородными чертами лица и золотистыми волосами молодого Аполлона.

Внешность темноволосого красавца Девона Рэвенела была дерзкой и грубоватой. В нём сквозил цинизм, из-за чего он выглядел на все свои двадцать восемь лет. Каждый раз, когда Кэтлин смотрела в его синие, цвета бушующего зимой океана, глаза, радужки которых окаймляла чёткая иссиня-чёрная оправа, она испытывала лёгкое потрясение. На нижней части его гладко выбритого лица пробивалась еле заметная щетина, от которой не могла избавить даже самая острая бритва.

Он относился именно к тому типу мужчин, о котором предупреждала Кэтлин, вырастившая её, леди Бервик.

– Тебе наверняка будут встречаться коварные мужчины, дорогая моя. Эти наглецы без зазрения совести используют своё обаяние и лживые приёмы обольщения, в попытке обесчестить невинную девушку ради удовлетворения своих собственных низменных потребностей. Если ты вдруг окажешься в обществе такого негодяя, беги не оглядываясь.

– Но как я смогу его распознать?– спросила Кэтлин.