Я успел посмотреть на него аккурат в тот момент, как за нашими спинами несколько раз знатно бахнуло, а затем всё здание обрушилось вниз, подняв огромный столп пыли. Пришлось срочно искать укрытие. Другим. Нам же хватило моей защиты, поле которой я усилием воли раздвинул на сыновей Тимофея. На то ушли почти все остатки моей силы. Едва добрался до оставленной вдали машины. На тихое, полное боли и отчаяния: «Нет…» — от той, кого так и не отпустил с рук, внимания обращать не стал. Сосредоточился на более насущном:

— Если кто-то выжил, стоит это исправить.

Это всё какой-то кошмарный сон.

Хуже того, где Кайл со словами о том, что является оборотнем, а я — его инкубатором, выкрал меня с улиц моего родного города и увёз к себе домой. Сейчас тоже так делал, разве что изменилось местоположение. Пока за нашими спинами рушилось здание, в котором осталась моя мать. Ему же и того мало…

— Чудовище. Ты… чудовище, — только и смогла выдохнуть, со слезами глядя на то, как огромные глыбы бетона хоронят под собой всех, кто там находился.

А если кому и суждено выжить… ненадолго.

И ни грамма раскаяния.

Ни у одного из окружающих нас оборотней.

Животные! Правду говорили о себе. Ничего человеческого в них нет и быть не может, как я себе воображала когда-то в прошлом. Поверила непонятно во что, за что теперь расплачивалась. Не нужно было уходить с мамой. Я ведь знала, что он не отпустит просто так, будет искать, чтобы вернуть нас с малышками себе. Но не думала, что ему это удастся так быстро и легко. Почти играючи.

Стыдно признаться, но в первое мгновение, когда осознала его присутствие, ещё не видя, ощутила просто запредельную радость.

И когда взглянула в зелёные с золотым отблеском глаза, готова была броситься ему на шею. Даже шагнула вперёд в стремлении вновь ощутить его рядом, окунуться в тепло огромного тела, вернуть себе хотя бы на мгновение давно позабытое чувство защищённости. Тем более в его взгляде, обращённом на меня, было столько тревоги и облегчения. Но и только. Никаких больше чувств, так похожих на те, что загорались в его глазах при виде Алисы…

Сильнейший невидимый удар под дых. И понимание того, что не за мной он пришёл. Ему, как и прежде, нужны лишь дети.

Не зря почти сразу взгляд сместился на мой живот. Обхватила его обеими руками, невольно отступив на шаг, в душе проклиная себя за эту слабость. А ведь я так старалась не показать, насколько глубоко и грубо потоптался он своими грязными ботинками в моей душе. Нагадил там так, что до сих пор хотелось подобно маленькой девочке забиться в угол и плакать, плакать, плакать…

Я и плакала. Когда поняла, что в стремлении вернуть меня, он готов уничтожить всех без разбора. И уничтожил.