Причина, почему я не заметила их изначально, заключалась в том, что все это время они были скрыты в повозке, пока из-за полога робко не высунулась серебристоволосая рогатая головка и что-то не сказала тому самому наемнику. Тот спокойно выслушал, помолчал, а после кивнул.

Пазл начинал складываться, и я подумала, что этот наемник нанят охранником для перевозки рабов, и один из них попросился по нужде. Я уже встречала подобное в прошлой жизни, учитывая, что в своих походах видела всякое разное. Мне пришлось ко многому выработать иммунитет, в том числе и на рабство. Пусть я и была святой в той жизни, как позже показала практика моих сил было недостаточно для борьбы с чем-то масштабным. Что уж говорить, если, даже став королевой, мне так и не удалось искоренить рабство, несмотря на попытки? Лишь дворян этой выходкой разгневала, отчего от меня многие отвернулись.

Потому сильно удивилась, когда мужчина не стал возиться с клеткой, в которой должны были перевозиться рабы, или с наручами, если клетки не было. Вместо этого, он протянул руку и просто помог демонице, на вид лет тринадцати, свободно спрыгнуть с повозки, точно она все это время свободно сидела без каких-либо удерживающих устройств. Да и юная демоница выглядела спокойно в обществе наемника и вела себя естественно, даже когда обнаружилось, что на ее шее нет рабского ошейника.

— Чего? — опешила я, провожая парочку взглядом. Но после пришла в себя и вспомнила свою изначальную задачу. Наемник как раз ушел, так что теперь можно быстро пробраться в лагерь.

Так я думала и уже намеревалась выйти из своего укрытия, как мое внимание вновь привлекла та странная повозка. Привлекла тем, что из-за полога показались еще две рогатые головки демонических детей. Это был паренек лет одиннадцати и совсем маленькая девчушка, которой, возможно, и семи лет не исполнилось. Те с опаской выглянули, а после мальчишка с сомнением посмотрел куда-то на землю. Я также посмотрела и увидела топорную и грязную, криво сшитую мягкую игрушку по форме напоминающую одного из безобидных монстров, которых демоны любили держать в качестве домашних животных.

Мальчик что-то сказал девочке, которая выглядела очень расстроенной, та понуро кивнула и шмыгнула, а мальчишка нахмурился и вновь посмотрел на игрушку.

— Это — плохая идея, парень, — пробормотала я, но после с тягостным смирением наблюдала, как мальчишка вновь оглянулся, проверяя, есть ли кто из свидетелей, и начал выбираться из повозки. Ни цепей, ни ошейника на нем также не было. — Нет, нет, нет, — морщась, причитала я, зная законы жанра, как и то, что в такие моменты неминуемо происходит что-то нехорошее.

К демонам у меня ненависти не было, хоть и воевала с ними в прошлой жизни. А уж про детей и разговора не было.