Уверен, если выкуплю тебя у хозяина, в будущем мои затраты окупятся с лихвой. Ты будешь популярна у клиентов, которые любят экзотику в виде демониц.

По мере его слов, глаза девочки расширялись от ужаса, что нисколько не смущало мужика. А вот паренек подобное терпеть не мог, поднялся на ноги, а после с силой толкнул купца, повалив его на землю.

— Не смейте трогать своими грязными руками мою сестру! — выкрикнул парень, закрывая собой трясущуюся от ужаса девочку.

— Ах ты, мразь! Теперь можешь не молить меня о пощаде! — неуклюже поднимаясь с земли, заорал купец и вновь замахнулся.

Удар предполагался сильным, а кнут был магически заговорен, чтобы при своем относительно легком весе наносить серьезные раны. Пара таких ударов — и мальчик бы точно не выжил, а у этого купца ощущались поставленная рука и немалый опыт. Наверное, он мог убить и за один удар.

— Какое совпадение, — пропела я ласково, перехватив руку до того, как удар был нанесен. — Как с языка сорвал. О пощаде можешь не молить, — оскалилась я в растерянное лицо купца, который не ожидал вмешательства. Тем более — от женщины.

— Ты кто такая? — взревел он, пытаясь вырваться из моей хватки, но силенок не хватало. Все же, тело у меня — имбовое: и магии, и физической силы — хоть отбавляй. Но об этом эта тварь еще не знает. Ничего, скоро я его просвещу.

— Твой самый жуткий кошмар, — сжав его предплечье еще чуть сильнее, сообщила я, когда кость под моими пальцами хрустнула и сломалась. Купец завизжал не хуже свиньи. — Думаю, если убью тебя, это несильно помешает моим планам. И от твари в твоем лице избавлюсь, и барахлишком обзаведусь, — выразительно окинула я худощавую фигуру мужика, который напоминал мне богомола. Даже рост с моим совпадал. Не платье, конечно, но в костюме мне даже удобнее будет: по дороге прикинусь парнем. — Во всем же нужно искать плюсы, верно? — задорно подняла я брови, а после подняла ногу, собираясь раздавить ступню этого мерзавца.

Несмотря на мое изначальное счастье отыграть роль каноничной героини в оригинальной истории в первом перерождении, не скажу, что данная задача была для меня проста. Пусть я любила и восхищалась героиней Кирой во время прочтения, оказаться в ее шкуре и точно следовать установленной роли и характеру чужого персонажа было сложно. Все пять лет первого перерождения до момента эпилога и даже после него я не была собой, вынужденная следовать сюжету, точно сценарию. Чувствуя себя актером театральной постановки, я примеряла на себя чужую маску, которая даже близко не была приближена ко мне настоящей.