– Он согласится сделать небольшой крюк, чтобы завезти Эстреллиту к ее бабушке, как ты думаешь?
Стивенс пожал плечами:
– Смотря где это. Девчонка-то помалкивает, ничего не говорит об этом.
Мак покачал головой:
– Да, она вбила в свою упрямую головенку, что капитан собирается причинить зло ее прабабке. Но я ее образумлю. – И немного смущенно добавил: – Мы с ней теперь лучше понимаем друг друга.
Стивенс вскинул брови.
– Да уж, надеюсь, после того, как она провела ночь в твоей комнате!
– Это не то, что ты думаешь. В любом случае я собираюсь жениться на девчонке, так что выбрось из головы все неуважительные мысли о ней!
Стивенс расплылся в улыбке.
– Поздравляю. Из нее выйдет хорошая женушка.
Мак выглядел угрюмым.
– Вообще-то она пока еще не сказала «да». Говорю же, она упрямая штучка.
– Ну, давай иди и приведи капитана. Лучше нам отправиться в путь не мешкая, нехорошо позволять ему предаваться печали.
Ник молча сел на лошадь. Он выглядел таким уставшим и угнетенным, каким Стивенс никогда его не видел.
– Капитан, не возражаете, если мы сделаем небольшой крюк, чтобы завезти Эстреллиту к ее бабушке, а?
Николас безразлично пожал плечами:
– Конечно, нет. Где это?
– Я спрошу ее. Теперь ей придется сказать нам Эстреллита! – крикнул Мак – Где же эта чертовка? – Он пошел назад, в гостиницу, но ее там не было и в помине. – Стивенс, ты не видел Эстреллиту?
– Нет, после того как она попрощалась с... – Он взглянул на Ника. – После того как она ушла с причала. Она вернулась сюда до того, как корабль отчалил.
Они поискали, но вскоре стало ясно: девчонка сбежала.
– Куда, дьявол побери, она подевалась? – Мак никак не мог поверить, что она ушла, он был уверен, что она просто выскользнула куда-то на минутку, как это часто делают женщины, и вот-вот вернется.
– А что это у Беовульфа на шее? – спросил Стивенс Мак свистнул, и собака подбежала. По-прежнему с красными ленточками, которые Эстреллита вплела ему в шерсть, но вокруг шеи у Беовульфа было что-то голубое с оборочками.
Мак ощутил внезапную пустоту внутри. Он стащил вещицу с собачьей шеи и тупо сказал:
– Это подвязка – голубые атласные ленты и кружево. – Он уставился на клочок яркой ткани. – Это Эстреллита. Она не умеет писать, но это… – Он стиснул тряпку в руке свирепым, гневным жестом. – Это ее прощальное послание. – Он сунул подвязку в карман и зашагал к своей лошади. – Нет смысла ждать. И не надо делать крюк, мы можем направляться прямиком в Витторию и искать могилу твоего Элджи.
– Мне очень жаль, Мак, – пробормотал Стивенс.
– Женщины! Мне следовало знать. Я им никогда не нравился.
– Эстреллита другая.
Мак долго молчал, потом мягко сказал:
– Да, она другая. – Он вытащил подвязку из кармана сюртука, погладил ее большим пальцем и сунул в нагрудный карман рубашки.
