Золотарёв требовал от меня всегда выглядеть роскошно и не жалел на косметологов никаких денег, но все расходы за их услуги оплачивались им самим. А вот из тех денег, что он перечислял ежемесячно на жизнь, я обязана была одеваться по высшему разряду от известных модельеров, ну и держать соответствующий уровень во всем остальном. Он не проверял моих расходов, никогда не был мелочно жаден и не сверял чеки, лишь смотрел, какая сумма оставалась к концу месяца. Много лет назад я нашла в Италии несколько небольших магазинчиков, в которых продавали настоящие дорогие брендовые вещи, в том числе и из новых коллекций, но на порядки ниже, чем в фирменных бутиках, так называемую отбраковку: где-то шов неровный, где-то дырочка или какой-то иной еле заметный брак. И сумки там продавали, и аксессуары, и даже обувь. Там же, в Милане, я отыскала гениальную швею, которая эти погрешности ликвидировала, ну и еще заказывала у нее кое-какие вещи. Я никогда ничего не выбрасывала, знаю пару магазинов в Москве, в которых скупают брендовые вещи не по самым бросовым ценам у звезд и жен-любовниц-детей богатых людей. Через них я продавала то, что долго не носила или, наоборот, носила много и уже примелькалось, не только одежду, но и сумочки, обувь и даже кое-какую косметику, навязанную мне дорогими косметологами. Получалась очень приличная экономия. Как и на всяких иных мелочах. Я следила, чтобы к концу месяца на карте оставалась совсем небольшая сумма, а все, что удавалось сэкономить, переводила на свой тайный счет. Я прекрасно отдавала себе отчет, что в любой момент, в любую секунду могу остаться на улице абсолютно без ничего, в лучшем случае сохранив жизнь, а в самом лучшем еще и здоровье. Я не могла себе позволить потратить деньги даже на родителей, понимая, что и им может «прилететь» от Золотарёва или его родственников. Всего лишь несколько раз за все эти годы сняла деньги со счета, когда мама болела и на похороны и могилу для бабушки и деда. И закрыла этот счет, как только купила дом.
– Вы очень сильная женщина, – восхитилась Алиса и повторила с глубоким уважением: – Очень сильная. И очень мудрая. Я бы, наверное, так не смогла.
– Смогли бы, если бы вопрос стоял о вашем выживании и безопасности ваших близких, – уверила ее Жанна. – Поверьте, это очень сильные стимулы.
– Да, возможно. Но я бы не хотела проверять это на практике, – покачала головой Алиса и спросила: – А как вы думаете, Жанна, Леонид пришел во второй раз, потому что хотел отомстить вам?
– Вполне возможно. Пару раз он порывался узнать что-то про меня у Золотарёва, тот мне рассказывал и посмеивался над сыном-дурачком. И я отчетливо представляю, что именно этот гаденыш хотел бы со мной сотворить, когда уже точно знал, что отец умирает.
