Не помнишь, что ли?

– Помню только, что они росли в размере и становились тяжелее! Неужели нельзя иметь два комплекта учебников – для дома и школы? Во многих гимназиях уже так! За что такие бешеные деньги платите?! – возмущалась бабушка.

Если не рюкзак, она придралась бы к чему-нибудь другому, это было её состоянием души. Ворчание Беллы было хорошим признаком, хуже, когда она уходила в себя и казалась равнодушной.

– Учти, у меня есть особо нечего. Я не твоя маман, которая только и знает, что щи-борщи готовить и по косметическим салонам бегать. Может, какая колбаса с сыром и завалялись… Яйца точно есть! Яичницу будешь?

– Я не голодный. В школе пообедал.

Белла открыла большим винтовым ключом двери квартиры.

– Проходи давай! Можешь не разуваться, всё равно не прибрано.

– Рассказывай! – бабушка налила воду в электрический чайник и полезла за чашками. – Чайку попьём с вареньем!

– Мне нужны деньги! Я могу взять их у тебя в долг. Только на сколько, не знаю. Как появятся – сразу отдам! – Иван уставился в окно, и его щёки мгновенно покрылись красным румянцем.

Он ненавидел это дурацкое свойство своего лица – менять цвет по любому поводу.

– Я хочу сделать подарок одной девочке из школы. На День влюблённых.

– И сколько же надо? – бабушка переплела руки под грудью и с иронией смотрела на дорогое сердцу наивное существо.

– Я ещё не знаю сколько. Не думай, у меня уже есть приличная сумма. Но мне точно не хватит!

– Это что, нынче так валентинки, как вы их называете, возросли в цене?

Иван едва сдержался, чтобы не сказать что-нибудь резкое. Обычно этим он не страдал, был терпеливым и спокойным. Но тут дело касалось Серафимы, и держать себя в руках было сложнее не придумать.

– Как ты не понимаешь! Я хочу подарить что-то стоящее, настоящее, чтобы на всю жизнь!

– Ну если на всю жизнь, то конечно! – ей пришлось отвернуться от Ванечки, чтобы тот не заметил, как ей хочется рассмеяться на его наивное заявление. По большому счёту, ничего предосудительного в желании внука не было, не ошибся бы только с предметом своего обожания!

– И когда ты узнаешь, чтобы я имела понятие, во сколько мне выльется твоя широта?

– Оперативно ты решил всё устроить! Только имей совесть и не доведи меня до инфаркта, озвучивая космическую сумму. Твоя бабуля не подпольный миллионер!

Благодарный внук, прощаясь, на радостях три раза по русскому обычаю облобызал Беллу Марковну и помчался вниз по лестнице.

– Да не несись ты так, сумасшедший!

«Всё-таки он весь в деда, и замашки такие же, не зря в честь него назвали», – Белла улыбалась. Она вспомнила своего Ивана, немного особенного, непохожего ни на кого. Оба историки, она – стремительная и властная, он – замкнутый, романтичный и очень глубокий.