Как любил целоваться - для мужчин редкость. Как любил крепко прижимать к себе.
Однажды Катя в шутку, чтобы просто побаловаться, затеяла делать ему легкий массаж - основами она владела. Кир просто выпал. Сначала едва дышал, потом тихонько сопел от удовольствия, а в конце она даже стала слышать негромкие стоны.
А после он крепко-крепко обнял ее, и они лежали так молча.
Господи, мальчик мой, как давно тебя никто не обнимал по-настоящему?
Не проходило и дня - да что там, дня - часа! - чтобы Катя его не удивляла. Он никогда не видел таких девушек. Нет, ради справедливости стоит сказать, что он никогда не наблюдал ни одну девушку так близко и подробно на протяжении нескольких недель. А теперь получил возможность. И наблюдал. И изумлялся. И наслаждался.
Больше всего его в Кате удивляла - и восхищала! - ее раскрепощенность. Кир отчетливо запомнил, как пошел как-то готовить кофе после секса - оделся и отправился в кухонную зону. И оттуда наблюдал тайком.
Катя так и лежала, обнаженная и освещенная лучами вечернего солнца. Великолепная в своей наготе. В голову упорно лезло только одно слово - валькирия. Хотя судя по исследованиям скандинавского эпоса, валькирии были те еще гром-бабы. Катя бабой не была, и уже тем более с приставкой «гром».
Тонкая, юная, изящная. Бесконечные ноги и плавные линии бедер. Плоский живот и небольшая упругая дерзкая грудь. Копна золотых волос до средины спины и полное отсутствие волос на теле.
Она была язычески прекрасна, раскинувшаяся на его постели. И не смотреть на нее он не мог. Хотя и пытался.
- У тебя разовьется косоглазие, - протянула Катя. - Если ты будешь так смотреть искоса. Нравится - смотри прямо. Мне не жалко.
Кир усмехнулся. Еще одно качество, которое его в Кате изумляло - и восхищало! - это прямота. Редкое качество для девушек, скажем честно. Но именно поэтому ему было с ней невероятно, фантастически легко.
- Твой кофе, - он присел на край кровати, полностью одетый. Катя тоже села, полностью обнаженная, и забрала чашку. Сделала глоток и блаженно зажмурилась.
- Умеешь ты варить кофе.
Он не ответил. Просто смотрел.
- Да, - пауза. - Очень, - выдох. - Безумно. Допивай быстрее.
Она не торопится - кофе горячий. Больше половины остается в чашке остывать. Его уже потом, совсем поздним вечером, в одиночестве допьет Кир.
Желание - поставить эксперимент, внести ясность, ответить на вопросы - в общем, как бы оно ни называлось, это желание, Катя не стала откладывать в долгий ящик. Не время тянуть время. Не так уж у нее его и много, времени этого. Через сколько недель ее фигура начнет меняться? Изменится гормональный фон? Катя ясно отдавала себе отчет, что через два-три месяца она может сильно измениться. А через пять-шесть - неузнаваемо. И ей уже будет не до интима. Скорее всего. Значит, все надо выяснять сейчас.
