Только вот волосы…волосы у нашей малышки были блондинистые, хотя у нас такой смуглый отец и русая мать. Голубые глаза и блондинка. Это прямое попадание в сердца мужчин.
Я сидела в глубоком садовом кресле и наблюдала за тем, как Аиша сходила с ума со Светой на детской горке. Рядом с ними был соседский ребенок. Валера. Они дружили втроем, но мальчик был спокойнее наших красоток.
Пусть пока что моя старшая дочь передвигалась неуверенно, словно боялась упасть, но она шла сама. А вот Света с самого маленького возраста не давала нам с Арсланом спокойной жизни. Как заведенная носилась по дому и двору. Откуда в такой малышке столько энергии?
Собственно, она с самого начала беременности задала мне жару.
Но это мой самый главный подарок.
— Мамочка, посмотри, какие цветочки! — Света неслась в мою сторону с охапкой ромашек. Аиша и Валера продолжали играть.
Арслан улыбался при виде дочери, а затем подошел, поцеловал сначала Свету, потом меня.
— Можем плавно перемещаться к столу, — прошептал на ухо.
Мы праздновали в узком кругу, никого не звали. Но нашим планам не суждено было сбыться. Через главную калитку зашел мужчина. Поджарый, с бородой. В руках он нес огромную коробку новомодной детской игрушки и такой же по размерам букет белых роз.
Никита. Вернулся. Но совсем другим, изменившемся и строгим. Взгляд больше не излучал добро, оно плескалось на дне, но теперь скрывалось жесткостью.
Я стояла словно статуя, наблюдая за тем, как он спустил солнцезащитные очки и спокойно посмотрел на меня. Кивнул. Арслан пожал ему руку, они начали разговаривать как старые друзья, а Света подошла и пытливо заглянула в огромную коробку.
Потом коснулась его руки и спросила.
— А это мне, да? Ты такой большой…как папа! — детский смех наполнил пространство.
— Привет, малышка, — он опустился на корточки и протянул ладошку Свете. — Я Никита, твой дядя. И да, это тебе. С днем Рождения!
— Меня зовут Света. А ты со мной поиграешь?
— Я с тобой поиграю.
Арслан подошел ко мне и прошептал:
Он знал, как я места себе не находила из-за Никиты. И сделал все, чтобы я наконец-то вдохнула полной грудью.
— Я люблю тебя, — прошептала в ключицу, обнимая своего мужа.
— И я тебя, цветочек.
Это был теплый семейный ужин. Мы общались если не как раньше, то в той же непринужденной атмосфере. От восторга тело покрывалось мурашками.
Дети бегали по полянке за Боссом, а взрослые расслаблялись в глубоких садовых креслах за греющими душу разговорами.
