Оттуда до племени рукой подать, — сквозь радостный шум закончил Реинир.
Нам было отчего радоваться. Наш путь близился к завершению, а начало весны давало возможность не откладывать все свои задумки на следующий сезон. Мы могли после непродолжительного отдыха заниматься любимыми делами.
Следующие дни были похожими. Днём становилось все теплее и теплее, хотя по утрам ещё подмораживало. Чем ближе мы подходили к дому, тем радостнее было на душе. Хотя может быть это было ещё и от того, что мы видели пробуждение новой жизни после непродолжительной зимы. Почки на деревьях постепенно набухали, в низинах таяли остатки снега и уходили весёлым журчанием в овраги и мелкие ручьи.
Для маленьких детей, которые никогда раньше не видели снега, всё было в новинку и интересно. Приходилось следить за ними и объяснять, почему нельзя есть белую и холодную воду. Тут уже включались Мира с Белкой, чтобы всё объяснить доходчиво и с примерами. Лучше всего помогали этому наши традиционные сказки.
К исходу седьмого дня мы подходили к реке, где нам нужно было перебраться на другую сторону.
На разведку вышли небольшой группой. День клонился к концу и всем требовался отдых, но торопиться и рисковать не стали.
Спустя какое-то время к нам бежал Баграт.
— Там Дельвар и Моти, — запыхавшись выдал нам. — Можно выдвигаться.
— Я с тобою чуть позже поговорю, — решила не давать спуска непослушанию старшего сыну.
Радость от встречи не передать словами. Мужчины сообщили, что совсем не ждали в это время нашего возвращения. Мы каким-то образом сократили свой путь почти на четыре месяца.
— Вот наши женщины обрадуются, — трепал за ушами Грея Моти. — Мы все ваши наказы выполняли. Всё в племени хорошо.
— У нас ещё поставили три дома новых. Из племени Абби и Лавены пришли люди и попросились к нам ещё в первый год, как вы ушли. Алтея наказала никому не отказывать, как Духи велели.
Мы ещё долго сидели у костра и слушали новости, но постепенно организм требовал отдыха.
— Благодарю, Вселенная! — прошептала перед тем, как уплыть в царство Морфея…
— Ваш дом, Реинир, свободен сейчас, — рассказывал по дороге гончар.






