— Мне же нужно напоминать тебе, что не стоит пытаться убежать от меня, как это было в первый раз?
— Не нужно, — отвечаю с участившимся сердцебиением.
Неужели я себя выдала? Но чем?!
Или я просто накручиваю себя…
Как и обещал Рустам, ко мне приставили водителя. Как будто я — важная персона. Скорее, это необходимо для наблюдения за мной, чтобы контролировать, где я бываю.
Потому что кроме водителя в машине сидел ещё один мужчина. Он следует за мной по пятам. Я беспокоюсь, не будет ли он стоять над моей душой ещё и в аптеке…
Он заходит за мной следом, останавливаясь неподалёку. Я нарочно встаю возле витрины с тампонами, ожидая, пока продвинется очередь. Поняв, что я ничего не замышляю, охранник покидает небольшой отдел и занимает место возле выхода.
Я быстро набираю всё необходимое, а за снотворное расплачиваюсь отдельно, чтобы Рустаму не мог отследить мои покупки по безлимитной карте.
— Всё? — хмуро спрашивает охранник.
— Всё. Будете проверять?
Протягиваю охраннику прозрачный пакет, в котором лежат прокладки, тампоны, таблетки, витамины… Куча всего, среди упаковок притаилась и небольшая упаковка со снотворным.
Мужчина, чуть поморщившись, кивает в сторону припаркованного автомобиля.
Проговариваю про себя адрес, названный водителем. В кулаке сжат брелок с ключами от подъезда и от квартиры.
Охранник провожает меня до двери и открывает передо мной дверь с ключом, занося пакеты — по пути к квартире я заглянула в супермаркет, купив продуктов.
Пусть всё выглядит так, будто я приняла правила игры и серьёзно собираюсь жить в квартире, выделенной мне Рустамом.
— Спасибо за помощь, чудесного дня! — прощаюсь с охранником, закрывая перед его носом дверь.
Квартира-студия обставлена всем необходимым. Очень стильная и светлая, просторная. Наверное, одна эта квартира размером с наш старенький дом, в котором я жила с отцом в последнее время.
Поддавшись внезапному порыву, я выхватываю новый телефон из кармана модного пальто и по памяти набираю номер отца. Слышатся короткие гудки.
— Алло? — отвечает, будто нехотя.
Горло стискивается от желания сказать в ответ «Привет, папа!» Слёзы скрапывают из глаз. Я подхватываю их пальцами, говоря сквозь силу:
— Как дела, Григорий?
— Соскучилась. Веришь?
С губ срывается смех, немного истеричный.
— Ты знаешь, кто мой настоящий отец? — спрашиваю неожиданно для себя.
— Я не в курсе, от кого мамаша тебя наблядовала! — резко отвечает Григорий.
— Ты был рад избавиться от меня?
— Пациент Николаев! Николаев! Есть здесь Николаев? — слышится на заднем фоне.
— Есть! — отвечает Григорий.
— Ну, так чего расселись? Проходите, доктор ждёт! — грубовато отвечает женщина.
Григорий отключается, даже не попрощавшись.
Я цепляюсь за слова неизвестной женщины докторе.
