Если вообще получится перешагнуть и оставить в прошлом.
Рустам привлекает меня до сих пор, но теперь в каждом его движении чудится безжалостная сила, способная уничтожить меня.
— Рустам, позволь мне заняться своим делом, — мягко улыбается девушка и подталкивает к двери, ведущей на выход из кабинета. — Тебе не нужно присутствовать здесь. Посиди в коридоре, позвони Ильясу и поздравь его.
— Его супруга в положении.
— Они только вчера были у меня на приёме.
— Это же медицинская тайна, — останавливается Рустам у двери. — Какого чёрта ты треплешься?
— Я говорю тебе по-родственному, Рус. Просто позвони, поинтересуйся издалека о планах на деток… Ильяс сиял от счастья и думаю, сам тебе расскажет. Не забудь удивиться и поздравить его от всего сердца!
— Постой. Ты растрепала мне о том, о чём пара ещё никому не сказала. Так. О моём вопросе ты тоже будешь трепаться языком? — наседает Рустам.
— Иди к чёрту. Не мешай мне заниматься работой. А если сомневаешься в моей компетентности, найди другого гинеколога! — злится Карина.
— Всего лишь напоминаю о необходимости быть профессионалом своего дела.
— Как профессионал, я выгоняю тебя сейчас. И не смей входить, пока я тебя сама не позову.
Дверь захлопывается за моей спиной.
— Иногда он бывает невыносимым, — вздыхает Карина, омывая руки. — Есть какие-то жалобы?
Я молчу, проглатывая горькую усмешку.
— Ясно. Прилягте на кушетку. Я пока заполню вашу карточку, — предлагает девушка.
— Разве этим не должен заниматься ассистент?
— Рустам сказал, что ситуация деликатная. Поэтому я сделаю всё сама. Может быть, чаю?
Я укладываюсь на кушетку, разглядывая стены нежно-персикового цвета. Карина задаёт вопросы — стандартные, разумеется. Спокойный, мягкий тон её голоса успокаивает и даже баюкает. Она никуда не торопится, и между вопросами — длинные паузы, заполняемые стуком пальцев по клавиатуре.
Незаметно для себя я отвечаю на всё, а когда Карина задаёт вопрос, как давно я живу половой жизнью, со смехом отвечаю:
— Со вчерашнего дня.
— Ясно. На кресло, пожалуйста. Мне нужно оценить…
— Степень повреждений, чтобы выписать брату разрешение? — перебиваю я.
Карина улыбается вежливо:
— Рустам никогда не приводил ко мне своих девушек. Он вообще давно не состоял в длительных отношениях. Если говорить о нём, как о брате, то я расцениваю его визит с девушкой в клинику, как нечто из ряда вон выходящее. Во всём остальном я вынесу профессиональное решение. Только и всего.
Мне приходится залезть на кресло. Немного неуютно. Да что там… Стыдно, как будто я провинилась в чём-то ужасном!
— Достаточно, можно одеваться.
Я натягиваю на себя одежду, садясь на стул с полыхающим от смущения лицом.
