– Я выгляну на минутку, – сказала она, – посмотрю, что можно сделать для вас. Должно же быть какое-нибудь средство, чтобы смягчить вашу кожу.
Она вышла, но Линнет могла слышать ее голос через открытую дверь.
– Мне нет дела, что он спит. Наверняка есть какое-нибудь средство, чтобы смягчить ее кожу. – Послышалось приглушенное бормотание. – Ладно. – Она вернулась с банкой в руках. – Я собираюсь намазать вас этим с ног до головы. – Она открыла банку и понюхала. – Пахнет, как пиво. Пиво с сосновыми иголками. Впрочем, не все ли равно, если оно действует?
Линнет позволила намазать себя маслянистым, сильно пахнущим составом, вначале спереди, потом сзади.
– Господи всемогущий, здесь еще хуже! – воскликнула Элиза, осторожно натирая мазью зад Линнет. – Хотя я не думала, что такое возможно.
Еще несколько слезинок скатилось на подушку.
К тому времени, когда Пирс вошел в комнату – без стука, словно это была его собственная спальня, – Линнет приняла решение. Ясно, что она не может пока уехать домой. Ей нужно набраться сил. Она съела больше супа, чем ей хотелось. Чем скорее к ней вернутся силы, тем скорее она сможет уехать.
Он склонился над ней так низко, словно собирался поцеловать.
– Уходи, – сказала она, отвернувшись. Слово прозвучало как жалобный писк, но вполне членораздельно.
Пирс выпрямился, нахмурившись.
– От тебя пахнет, как от пивной бочки. Чем это тебя намазали?
– Вот этим, – отозвалась Элиза, выступив вперед с теперь уже пустой банкой.
– Я велел Нейтену отослать эту мазь судомойкам, для их загрубевших рук, – сказал Пирс. – Впрочем, хуже не будет.
– Я должна была что-то сделать, – заявила Элиза, оправдываясь. – Бедняжка не может оставаться в таком состоянии. Подумать только, ей нельзя показаться на улице, чтобы не вызвать столпотворение.
Она никогда больше не посмотрит в зеркало, решила Линнет.
– Уходи, – снова каркнула она, обращаясь к Пирсу.
– Мне следовало догадаться, что из тебя получится капризная пациентка.
Линнет посмотрела на Элизу. И та, благослови ее Бог, шагнула вперед, чтобы дать отпор упрямцу.
– Моя хозяйка хотела бы, чтобы вы покинули комнату, лорд Марчент, если позволите. Поскольку она не в состоянии объяснить это вам, я вынуждена говорить за нее.
– Прекрасно! – резко бросил Пирс, направившись к двери, но обернулся, прежде чем выйти. – Я зайду позже с твоим ужином. Думаю, тебе пора попробовать что-нибудь более существенное, чем суп.
Линнет бросила отчаянный взгляд на Элизу. Горничная снова выступила веред, словно охраняя ее постель.
– Если вы передадите ужин мне, милорд, я позабочусь о том, чтобы моя хозяйка съела все до последней крошки. Она еще не готова принимать посетителей.
– Я не посетитель! – рявкнул Пирс.
Элиза воинственно сложила руки на груди.
