В конце концов плюхаюсь на задницу, продолжаю скользить по мелким острым камушкам с болезненным шипением… и въезжаю в колючий куст.

Торможение получается очень жёстким.

Все мои маскировочные венки-самоделки в этом беспощадном процессе просто-напросто рассыпаются на запчасти, потерявшись где-то позади. Ссадины на коже горят огнем, а ушибленная пятая точка и правое бедро чертовски ноют. Боюсь даже представить, какая там гематома будет. Закусываю губу и сижу неподвижно, пережидая первую, особенно острую боль...

И тут в кустах по соседству раздается отчетливый шорох чьих-то легких шагов.

В напряженном ожидании слышу, как рядом медленно раздвигаются ветки. А затем из непроглядной темноты уже совсем близко передо мной проступают очертания невысокой девичьей фигурки.

— Сара? — настороженно окликаю ее я.

Она явно не ожидала меня здесь встретить и молчит первые несколько мгновений, с удивлением уставившись. Тяжело вздохнув, я поднимаюсь на ноги. Чуть поутихшие было ссадины вновь ошпаривает жгучей болью."

"— А, это ты, Яна… — неохотно произносит девочка и, поколебавшись, спрашивает: — Ты заблудилась? Я так тебя и не дождалась.

Я невольно качаю головой, удивляясь степени чужой лживости в таком юном возрасте.

И эта испорченная девчонка еще тут пытается меня убедить, что ни сном, ни духом не ведала о планах своего двоюродного братца? Ну-ну. Так я и поверила. Тем более, что у меня большое подозрение, что вся эта история с исчезновением — это личный экспромт Сары, призванный обеспечить своеобразное алиби. С таким вроде как всегда можно вывернуться. Мол, ниче не знаю про похищение Яны и вообще не при делах, потому что я упала и заблудилась в горах.

Идеальная отмазка.

И именно поэтому Рустам Алиев так всполошился, потому что такой договоренности не было, и это стало для него сюрпризом. Единственное логичное предположение.

Но ссориться с Сарой сейчас у меня нет ни малейшего желания. Лучше поскорее в Алаку вернуться и обо всех этих безобразиях обстоятельно побеседовать с Короленко. Пусть сам со своими родственниками разбирается.

Так что я всего лишь позволяю себе со спокойной иронией прокомментировать:

— Поселение вообще-то совсем в другой стороне.

— Ну… — Сару определенно охватывает некоторое смущение. — Это так, но… просто у меня слишком разболелась нога. И я пропустила нужный поворот. И-и… уже темно, вот!

— Ясно, — я отворачиваюсь, не собираясь докапываться до ее жалких оправданий. — Тогда давай вернемся вместе. Нас все ищут.

Весь дальнейший путь проходит гораздо быстрее.

Я держу девочку за руку, и мы обе страхуем друг друга на извилистой тропе.