12
0
— Оленька, я тяжелый, трос может не выдержать нас двоих. Он легче меня. Зато я буду страховать тебя внизу. Ты очень смелая и отважная девочка, а еще очень красивая, — справа снова послышался зубовный скрежет. — Мы тебя Даве не оставим, обойдется. Вставай, пойдем, ты же умница…
Он поднял ее с земли, приговаривая, и передал в нетерпеливые руки Аверина. Тот смотрел на Олю с тревогой, но молчал, нервно покусывая нижнюю губу.
Ямпольский обвязал себя вокруг талии, подмигнул ей и перемахнул через перила. Костя посмотрел вниз и удовлетворённо проворчал:
— Нормально пошел, а сразу и не скажешь.
"Он пристегнул Олю к себе и защелкнул карабин. Проверил на прочность, она все это время молча следила за его уверенными движениями. Но когда подошли к перилам, ее снова затрясло.
— Оля, посмотри на меня. Ты мне совсем не доверяешь?
Она молча покачала головой, и в черных глазах появился странный блеск. Костя запустил руку ей в волосы и повернул лицом к себе.
— Зачем ты устроила этот фарс с Ямпольским? Чтобы заставить меня ревновать?
Оля возмущенно оттолкнула его руки.
— Ты охренел, Аверин? Стала бы я из-за тебя тащиться в другую страну и изображать из себя идиотку? У нас с Арсеном… у нас с ним… Контракт! — обрадовалась, что нашла понятное слово.
Она явно попала в цель, Аверин нахмурился, а потом взял в ладони ее лицо.
— Я ждал, что ты меня позовешь, — приблизил свое и прошептал: — Скучал…
Перед ней промелькнула картинка: скучающий Аверин на шезлонге с автоматом, его окружают такие же скучающие сомалийские пираты в шлепанцах и с очень тоскливыми, грустными лицами. Мелькнула и пропала.
— Думал о тебе, — он продолжал шептать и при этом тереться небритыми щеками о ее скулы, губы, виски, и Оля непроизвольно схватилась за крепкие плечи.
Обжег пылающим взглядом и, когда горячие губы впились поцелуем, Оля поняла, что они падают. А еще поняла, что ей совсем не страшно, потому что ощущения от падения оказались очень знакомыми. И что она испытывала их каждый раз, когда проваливалась в поцелуй с Авериным.
Глава 30
Они зависли на тросе метрах в двух от земли, но Костя не размыкал рук и не прекращал поцелуя. И Оля не сопротивлялась, слишком хорошо было целоваться с Авериным.
И еще она понимала, что это ненадолго. Он снова улетит, а она останется, потому что… Потому что ничего не изменилось. Он уже целовал ее так, не один раз, и не только целовал…
— Оля, Оленька… — Костя не прошептал, продышал в губы. И процеловал. — Поехали со мной!
— Куда, в Сомали? — как бы ей не хотелось отстраняться, она все-таки отстранилась.
— Нет, в Испанию, на мою виллу.
