Одно плохо – работы для людей моего уровня образования в Осинках не было, а с ребенком сразу устроиться на работу не получится. Но бросить дочку на Марфушу ни за что поднимется рука, да и как жить без своей кровиночки?

Я рассуждала так, однако жизни внесла свои коррективы и попросту говоря, не оставила мне особого выбора.

Засушливое лето измотало всех. Людей, вынужденных чаще поливать свои обширные огороды, животных, уставших от непомерного зноя и насекомых, так же кусавших скотину и людей от злости. Жара выматывала настолько, что не хотелось выходить на улицу, даже местные жители старались лишний раз не высовываться на солнце без необходимости. Ну, а вечером Осинки оживали, появлялся народ, повсюду слышалась речь и смех.

Как- то вечером мне не спалось и я, не зная, куда себя деть, осторожно сняла с себя ручку обнимавшей меня Ксюши, подоткнула ей под бочок игрушку, чтобы дочка не свалилась с кровати, и осторожно ступая, босиком вышла на улицу. Трава была мягкой, приятной, ласкающей пятки. Я сравнила с поцелуями, но тут же заставила выкинуть эту идею из головы. Не скажу, что местные мужчины мне не нравились. Нравились, ведь я не слепая и видела, что кто- то из них хорош, а кто- то скотина изрядная. Про то, что понравившиеся мужчины не пара по статусу, не задумывалась – отношений- то всё равно нет. И по части обманутых девиц у меня уже имелся кое-какой опыт, что фору даст почти любому. Да и не видела я никого такого, кого бы сердце захотело принять. Глядя на сильные мужские руки, примечала, что такими и объятия крепче…

Но только сердце молчало при взгляде на обладателей или веселого нрава, или этих самых сильных рук.

Запах гари и треск заметила почти сразу, кинулась за дом и там увидела....Улица, на которой стоял дом Степана и Олёнки полыхала, озаряя всю ночную деревню.

Я вся словно похолодела, но заставила себя как можно тише зайти в свой дом и растолкать крепко спящую Марфушу.

– Марфа, вставай, пожар!

Мы выскочили из дома, а навстречу нам уже бежала растрёпанная, с совершенно безумным видом Олёнка, держа за руки испуганных сыновей.

– Барынька Ярослава разрешите их оставить у вас, мне тушить надобно бы, пожар почти до нас добрался. А ваш дом хорошо – через широкую дорогу, значит, огонь не подойдёт.

Я и сама об этом думала – обычная проселочная утоптанная дорога, что шла через деревеньку на этот аз могла сослужить мне хорошую службу- встать на пути возможного распространения огня.

Мы быстро вернулись, оставили у нас детей, а потом едва не возникла заминка – кто должен был бежать на помощь ,помогать в тушении- я или Марфуша. Мне хотелось сделать это самой, очень, но оставлять детей в такой обстановке всё-таки небезопасно. Стоит искорке перелететь через дорогу и вспыхнет трава, а там уж и до дома недалеко.