Игры с драконом

Казалось бы, еще вчера Диар поставил меня перед грозные очи одного из верховных богов… Я так и не поняла, с кем именно говорила. Впрочем, особой разницы и не было. Двухлетняя передышка, дарованная божествами, особо ничего моей жизни не изменила. Мы с Димирием все также общались только за столом и по ночам, видеть во мне человека муж не желал, в свои дела не посвящал, моими не интересовался. Не сказать, что меня устраивало такое положение дел. Мне хотелось более страстных и в то же время более доверительных отношений. Увы. Супруг, обрадовавшись наследнику, меня посчитал чем-то вроде бесплатного приложения к ребенку.

Пока рядом маячил дракон, Димирий еще пытался проявить лучшие свои качества. Когда же соперник исчез с горизонта, муж посчитал, что опасаться больше нечего, и с головой окунулся в работу и хобби.

Свое отвратительное настроение я, как и раньше, выплескивала на полотна, продолжая создавать мрачные картины с несуществующими пейзажами. Портреты мне тоже заказывали, я, после памятного вернисажа и прогулки с лордом Шаринасом под ручку по залам, стала известным и модным в аристократических кругах художником, салон картин Агнессы процветал.

Считалось хорошим тоном иметь в особняках что-либо из моих работ.

Посоветовавшись с баронессой Ларской, я открыла счет в одном из банков столицы и периодически вносила на него определенную сумму. Будучи замужней дамой старше двадцати пяти лет, я могла себе позволить финансово не зависеть от супруга, чем и пользовалась, считая, что нужно обезопасить себя от любых капризов Димирия. Эльза, узнав о моем поступке, лишь недовольно фыркнула, заявив, что в глазах общества мы с графом будем считаться супружеской парой вне зависимости от моей возможной связи с лордом Шаринасом.

Я выслушала подругу, спорить с ней не стала, собрала очередную круглую сумму и в положенный день пополнила счет. Жизнь на Земле научила меня необходимости всегда иметь под рукой некий неприкосновенный запас.

Прогулка подошла к концу. Ребенка удалось увести домой без особых усилий со стороны нянек. Поцеловав сына, я направилась к себе в «кабинет», как с иронией называла выделенную для моего творчества комнату.

Большое помещение с высокими «французскими» окнами, выходившими на солнечную сторону, было заполнено эскизами, набросками, холстами и различными художественными принадлежностями.

Работа не шла. Мои мысли блуждали где угодно, но явно не в этой реальности. С каждым днем я все чаще вспоминала слова неизвестного божества: «Выкармливай наследника и думай, как будешь отбиваться от дракона. Он вернется за тобой ровно через два года».