Насмешливо смотрел в ее глаза, пока его руки поверх ткани скользили по ее телу: плечам, рукам, спине, когда он почти обнимал ее, заставляя запрокинуть голову, чтобы не разорвать взгляда. По груди и животу, а глаза все так же смотрят в глаза. Сейчас это была не забота, а самая настоящая ласка. И Анна млела, хотя подобное было не впервые. Но впервые так по-настоящему, без прикрас и необходимости делать вид, что все в рамках приличия. Какое там приличие!

Хасин снова завернул ее в сухое полотенце, когда остановился на этом. Заклинанием вмиг высушил тяжелые волосы и то, до чего не решил прикоснуться руками — все ниже талии.

— Ты останешься? — спросила Анна, когда Хасин повернулся к двери из ванной.

— Да. Только тоже хочу освежиться.

Девушка кивнула и вышла из комнаты, оставляя его одного. Она волнительно присела на кровать. Забылась в этот миг каменная тяжесть и усталость во всем теле. Нервозность и волнение поднимались из глубин ее тела и души, заставляя вышагивать по небольшой спальне. Промелькнув перед зеркалом, Анна метнулась к шкафу, собираясь достать ночную рубашку. И только сейчас она заметила, что все до единой полупрозрачны! И почему же раньше это не было заметно и не имело значения? Хасин прав — он не раз видел ее в подобном виде, так чего же она боится? Что не понравится ему? Что покажется слишком навязчивой?

Анна боялась, что ее демон передумал.

Всю эту неделю думала о том, что должна сказать ему, чтобы убедить в том, что не отступится от своего желания быть с ним. Но то, как он смотрел на нее сейчас в ванной, сказало все за нее. И не нужны были доводы и бурные речи. Нужно просто заставить его забыть о долге, как пытается забыть она, когда они рядом. Вдвоем они не должны думать хоть о чем-то или ком-то, кто находится за пределами этих стен. У них есть их ночи, их время, которое принадлежит только им. Остальное не важно.

Наугад выбрав одну из рубашек, Анна быстро скинула с тела полотенце и оделась. Зябко поежилась и скользнула в кровать под одеяло. И в этот момент как раз вышел Хасин. Движением руки погасил магические светильники и лег рядом поверх одеяла. Пытаясь побороть непривычное смущение, Анна привычно положила голову ему на плечо, когда он обнял ее одной рукой. Ладошка нерешительно опустилась на обнаженную грудь, где равномерно и сильно билось сердце.

На своем плече ощутила руку демона, когда он рассеянно начал перебирать ее волосы. И вот вроде все так же как и прежде, как раньше, все то же самое, но чувства бушуют, эмоции зашкаливают, а на губах глупая улыбка.

— Чему ты улыбаешься?

Хасин не мог видеть ее лица, но слишком чутко чувствовал ее — всегда. И знал, что она сейчас улыбается, глядя в никуда, чуть покусывая губку.

— Не знаю, — честно призналась Анна. — Мне просто хорошо.