Только страх за детей останавливал меня.
— Где мои дети? — процедила я сквозь стиснутые зубы.
Мать Торвальда улыбнулась, её глаза блестели от удовольствия.
— Ты их никогда не увидишь, — сказала она и сделала шаг вперед, давая знак своим людям держать меня крепче. — Я выращу их сама, — холодно произнесла мать Торвальда. — Пусть они и грязнокровки, но я стерплю это. Ты, с твоим низким происхождением, никогда не смогла бы дать им то, что могу дать я. Лучше бы не появлялась в жизни Торвальда. Его достойна только чистая и невинная девушка нашего круга.
— Вариса?
— Именно. Такие предложения брака не поступают дважды. Это такие перспективы для нашего рода, для наших империй. Сама наследная принцесса. А тут ты, как клещ. Вцепилась — не оторвать! Ушла ведь. Да еще и понесла бастардов. И как только смогла родить?
— Так это вы приказали опоить меня?
— А ты думала, мне нужны незаконнорожденные уродцы? Пф, — затем она смерила холодным взглядом экономку. Та вся сжалась.
— И тем не менее, сейчас вы собираетесь их растить.
— Выбора нет. Я видела, как сын возится с ублюдками. Но ничего, я сделаю из них людей.
Я стойко встретила её взгляд, полный презрения. Она наслаждалась моей беспомощностью. А я и не вырывалась.
— Ты не заслуживаешь этих детей, — продолжала она, её голос становился всё более ледяным. — Я вырву твой язык, чтобы ты не могла ничего рассказать, а лучше вообще прикажу выбросить тебя в лес к нежити. Там тебе самое место. Там ты точно сгинешь!
Внутри меня всё кипело от ярости и отчаяния. Я не могла поверить, что она готова пойти на такие жестокие меры. Она всегда была холодной и жестокой, но теперь она превзошла саму себя.
Это уже просто безумие.
— Они никогда не станут твоими, — произнесла я, чувствуя, как боль и ярость смешиваются в моём голосе.
Мать Торвальда лишь усмехнулась, её глаза сверкнули от удовольствия.
— Ты слишком самонадеянна, — сказала она. — Но ничего, скоро ты поймёшь, что сопротивление бесполезно. Нас никто не потревожит. Торвальд далеко.
— Где дети? Ответь.
— Они дома. Где же им еще быть, м? — и она расхохоталась. Чертова садистка. — А вот уже завтра я утешу их, а Вариса — Торвальда.
— Их одежда… откуда она тут?
— Мои люди выкрали, — тварь повела плечом, раскалила прут до красна. — Держите крепче. Она будет вырываться.
Вопреки ситуации, я прикрыла глаза от облегчения.
А когда открыла… на нее смотрела уже химера.
Глава 40
Торвальд
Я сидел за массивным дубовым столом, заваленным папками и документами, освещёнными тусклым светом настольной лампы. Мысли снова и снова возвращались к Элен и детям. Скучал по ним безумно, воспоминания о счастливых моментах терзали сильнее всего на фоне последних событий. Растер лицо руками, чтобы прогнать сонливость, и размял шею.
