Белка неожиданно подскочила и, словно не помня обиду, затараторила:

— Ну и чего стоим, кого ждём? Пойдём Новый год праздновать! Ещё ведь мне жильё под ёлочкой надо организовать, орешек принести, собственно, а ёлочка у вас есть? Красивая? Мне нужно самую красивую.

Тут я неожиданно очень пожалела, что не послушалась Лирея и не придушила её ещё в коробке…

— Ты будешь жить под ёлкой? — уточнила я, и белка кивнула. — А почему не на ветвях или в дупле?

— Какое дупло, дитя неразумное? — ощетинилась белка и упёрла лапки в бока. — Мне нужен дом! Хрустальный.

Лирей рассмеялся, но тут же подавил смешок, сделав вид, что закашлялся. И пока я думала, как бы помягче умерить аппетиты этого магического создания, заодно воображая, как я пойду к завхозу просить хрустальный дом, белочка зря времени не теряла и приступила к угрозам.

— И если не будет хрустального, — добавила белка и провела лапкой по горлу, — порешу.

— Ещё скажи, орешки тебе необычные, — нервно рассмеялась я.

М-да, все-таки вряд ли у завхоза где-то найдётся хрустальный дом. Видимо, по-любому придётся идти к ректору. Он ещё даже не догадывается, какое счастье ему привалило.

— Разумеется! С золотой скорлупкой и изумрудцем внутри.

Я даже рот открыла. Вот и где я это всё возьму? Ректор за такое обязан проставить мне все экзамены и зачёты наперёд!

Пока я терялась с ответом, подбирая приличные выражения, достойные леди, Лирей принял решение, более не став смеяться над моим выбором оставить белку в живых:

— Идём к ректору. Если не избавимся от этого недоразумения, то хотя бы поймём, что дальше делать.

Невероятно, но за последние два дня я проявляю удивительное единодушие с Лиреем. Глядишь, ещё немного и мы даже напишем реферат вместе, при этом не прибив друг друга в процессе.

Крышку я закрыла обратно, несмотря на протесты белки. Какими только расправами она нам с Лиреем не грозила, какую только жуть не рассказывала, какими только друзьями не пугала, начиная от знакомства с русалками и заканчивая тем, что за ней стоит армия потусторонних демонов, которые, в случае чего, придут и сравняют академию с землёй.

— Слышь, смертники! — продолжала вопить белка, пока мы шли в кабинет ректора. На нас оглядывались студенты и с ещё большим изумлением — на коробку в руках Лирея. — Выпустите, живодёры! Да я же вас в страшных снах преследовать буду, да я же вам уши надеру, крылья порву, хвосты пооткручиваю…

— Это она тебе, — толкнула я в бок дракона и широко улыбнулась. — У меня из всего перечисленного есть только уши.

— Я скорее её на шапку пущу, чем она мне хвост открутит, — фыркнул дракон.

— Моя месть будет страшна! Я вам такое устрою, такое… как только придумаю, так и устрою!

В этот момент мы подошли к кабинету ректора.