Думал, в штаны наложу! – Парень уставился на свои руки. – Вот говорю сейчас, и ладони потеют. Может, съездим? Смотаемся быстренько туда-сюда, пока твоей мамы нет.
– И ты туда же. – Вздохнула Софья.
– Почему ты вчера не предложила этого, Анна? – Обратился ко мне Ромыч. – Теперь меня распирает от любопытства!
– Вчера мы с тобой не были знакомы. – Бросила я.
– Видишь? – Многозначительно посмотрела на него сестра. – Вчера она где-то так хорошо приложилась башкой, что сегодня с утра несёт всякую ерунду.
– Неправда. – Возразила я, трогая шишку на лбу. – То есть, да, я ударилась где-то, но не помню этого.
– Вот. – Развела руками Софья.
– Но всё не из-за этого. – Я повернулась к Ромычу. Он хоть и казался неотёсанным, но слушал меня с интересом. – Я не помню того, что было со мной вчера потому, что со мной этого ещё не было. Последнее, что я помню, это вечер воскресенья – Мика тогда ещё был жив. Мы условились встретиться в понедельник утром, но этого не произошло потому, что для меня не было никакого понедельника. Я проснулась уже в четверг. Я видела, как Отсо убил себя, не в силах пережить смерть обоих своих детей, а затем проснулась уже в среду – он был жив, а ваза, которая разбилась в четверг, оказалась целой. Я видела будущее!
– Отсо был мёртв? – Вытаращилась на меня Софья.
– Это случится завтра. – Кивнула я.
– И ты не помнишь того, что было вчера? – Уточнил Рома.
– Сегодня должен быть вторник. – С жаром воскликнула я. – А вчера – понедельник. Уснула я в воскресенье, а проснулась в четверг, поэтому моё «вчера» отлично от вашего «вчера», врубаешься?
– Либо она действительно мощно приложилась вчера, либо это реально с ней происходит. – Пожал плечами парень, поворачиваясь к сестре.
Ура! Хоть кто-то мне верит!
– Ты готов поверить в любые необъяснимые штуки, лишь бы не садиться со мной за учебники и не готовиться к экзаменам. – Возмутилась Софья.
– Но я говорю правду! – Я не знала, как ещё объяснять. – Хочешь, поклянусь на руках, как мы делали это в детстве?
– Когда ещё на горшок ходили? – Скривилась сестра.
Но я подъехала ближе, взяла её руку, крепко сжала в своей ладони и потрясла:
– Клянусь, без крестиков, без ноликов, что говорю истинную правду! Всё, что я сказала, на самом деле происходит со мной!
– Детский сад. – Устало простонала Софья.
– «Без крестиков, без ноликов» – весьма серьёзный, непреложный обет. – С видом знатока заявил Ромыч. – Это почти как поклясться мамой.
– Прекрати! – Взмолилась она.
– Ты должна мне поверить, – сжав её ладонь ещё крепче, попросила я.
Из-за постоянного управления инвалидным креслом руки колясочников становятся очень сильными, и такое крепкое сжатие заставило мою сестру выпучить глаза и охнуть.
