Антон слегка приподнялся и прошептал:

– Я хочу, чтобы ты его поцеловала.

Я припала к нему. Даже не помню, сколько раз мне удалось испытать оргазм. Когда я почувствовала долгожданное облегчение, Антон погладил меня по плечу и еле слышно спросил:

– Мне было здорово, – прошептала я, не открывая глаз.

– Я кончила миллион раз.

– Представь себе. Именно миллион.

Антон засмеялся и ущипнул меня за сосок.

– Послушай, ты спать, что ли, собралась? – Я моментально открыла глаза.

– Мне нельзя спать, – я вскочила с кровати. – Надо ехать. Марат одолжил мне тебя ровно на два дня. У нас слишком мало времени.

Антону явно не понравился мой ответ, я не сомневалась в том, что он очень обиделся.

– Меня никто не одалживал. Я работаю на Марата. А с тобой мы можем продолжить наши отношения. Если, конечно, тебе этого хочется…

Я никак не отреагировала на слова Антона и, поглядывая на часы, продолжала лихорадочно одеваться. Антон попытался меня остановить. Я резко оттолкнула его руки.

– Послушай, у нас слишком мало времени, и мне не хочется терять его понапрасну. У нас ровно два дня, а это очень мало для того, чтобы найти мою подругу.

– Ты хочешь сказать, что то, чем мы сейчас занимались, потерянное время?

– А я и не знал, что ты такая вредная. Я уже говорил, что мы могли бы и дальше встречаться.

– Тебя Марат Владимирович с работы уволит.

– Не храбрись. Такую хлебную работу будет очень тяжело найти. Телохранителей нынче много, а вот с новыми русскими напряженка. Поэтому держись за свое место и не строй иллюзий.

– Я никогда не держусь за свое место, – резко перебил меня Антон. – Я работаю в солидном охранном агентстве и имею вполне приличные рекомендации. В нашем агентстве всегда найдется хорошо оплачиваемая работа.

Мы сели в мою машину. Антон наклонился и поцеловал меня.

– А тебе не кажется, что ты позволяешь себе слишком много вольностей, – сказала я, чтобы скрыть смущение.

– По-моему, некоторое время назад я позволял себе намного больше.

– Это была обыкновенная прихоть.

– В том, что говоришь.

Я не успела ответить. К дому направлялись родители. Я никогда еще не видела их в таком состоянии. Лицо мамы было белым как мел, отец поддерживал ее под руку. Казалось, она вот-вот упадет. «Что-то случилось», – пронеслось у меня в голове. Выскочив из машины, я бросилась к родителям:

– Господи, что случилось?! Говорите быстрее, только не молчите! Я умоляю!

Мама затуманенно посмотрела на меня:

– Как это – пропал? – опешила я.

– Мы не знаем. Ушли в магазин и оставили его дома. Видимо, кто-то позвонил и он открыл дверь.

– Но ведь Сашка никогда не открывал дверь! У вас есть глазок! Мы ведь его тысячу раз учили не открывать дверь незнакомым людям.

– Не знаю. Когда мы пришли, его уже не было. Я почувствовала, что задыхаюсь.